– Напомнил, – поднял палец майор, фиксируя внимание. Открыл сейф, достал несколько листочков, просмотрел их. Лейтенанту подавать не стал, оставив ему возможность поверить на слово: – По ней пришли результаты проверки. Это все же она взорвала с нашим разведчиком станцию и семафоры перед отправкой эшелона с людьми в Германию. И на нее уже написано представление к Красной Звезде. Так что можешь полностью доверять и привлекать к работе и ее.
Как же легко, карточным домиком от дуновения самого легкого ветерка, рассыпаются в разведке гарантированные версии.
Только что все сходилось, все объяснялось, а песочные часы раз – и перевернулись. И все до последней крупинки сыплется в обратную сторону…
– Но ведь она… она прошла мимо насильников, которые над девчонкой, ее же дальней родственницей…
– Потому и прошла, что несла на себе мины и не могла сорвать всю операцию. Рисковать сотнями загруженных в эшелон для угона в Германию людьми. А главное, – Врагов подошел вплотную к лейтенанту, не доверяя тайну даже малому расстоянию, – ей было приказано обеспечить безопасность нашему разведчику, обеспечить ему коридор в глубь фашистских тылов.
И потому мы получаем от него сейчас сведения о школе абвера под Киевом. На войне приходится делать выбор, лейтенант Соболь. Корреспонденты под контролем?
– Временами как сквозь землю проваливаются, – признался в пробелах слежки Соболь.
– Значит, подбери еще людей для наблюдения – женщин, подростков, ездовых. Когда не надо – плешь проедают своей настырностью, а тут…
Сказал – и онемел: в дверь собственной персоной входили Бубенец и Нина, словно решившие не расстраивать начальника контрразведки своим исчезновением и не отвлекать дополнительные силы для слежки…
«Сгною», – прострелил Врагов взглядом Гаврилу, пропустившего москвичей без предварительного доклада.
«Так вы сами к ним со всей душой», – пожал тот плечами и, несмотря на рост, юркнул за спасительную дверь. Понял Василька: лучше и впрямь на фронте подальше от начальства, без вины виноватым вечно ходишь.
– Здравия желаю, товарищ майор, – протянул руку капитан, хотя по старшинству должен был дождаться этого от старшего по званию.
Однако когда и где посланцы Москвы чувствовали себя как мышь в углу под веником? Врагов тоже проглотил пилюлю, пожав протянутую руку. Но ему был важен конечный результат. Например, на чьих запястьях захлопнутся наручники. А чего такие озабоченные прибежали без приглашения – это вопрос.
