Но морская тельняшка была ближе к собственному телу, и она вновь запела:
Прощайте, скалистые горы, На подвиг Отчизна зовет. Мы вышли в открытое море…
На этот раз Варя не выдержала, вскинулась. Не влезая в сброшенные тапки, босиком отошла в сторону. Могла и Стеша со всей серьезностью получить от Груни черенком лопаты, но на шпалы, размахивая рукой, выбежал Михалыч. Таким встревоженным его в бригаде еще не видели, потому подхватились все, замерли в ожидании плохих известий.
– Там это… Того… Убитый! – проговорил железнодорожник, расстегивая высокий воротничок форменного кителя и тыкая молотком в лесосеку.
– Кто? – прошептала Стеша. В ту сторону только что ушли бригадир и Наталья.
– Кто-то ножом…
На насыпи показалась Валентина Иванович, и у женщин немного отлегло от сердца – значит, не ее. Но ведь и не Наталью же!
– Что там? Кто убитый? – потребовала четкости в докладе бригадир.
Вместо ответа железнодорожник достал запачканный кровью бумажный самолетик. Оглядел оцепеневших женщин. Подал страшную находку Зоре:
– На нем того… вроде написано твое имя…"
"– Не-е-т… – Не имея сил оторвать взгляд от окровавленного самолетика с чернильным именем «Зоря» на измятом крыле, отступала от старика девушка.
– Нет же. Нет…
Зацепилась за шпалу и, если бы не Груня, полетела бы вниз. Почувствовав поддержку, в бессилии опустилась на землю. Похоже, соображать и действовать оказалась способной лишь Валентина Иванович:
– Стеша, бегом в особый отдел, к майору Врагову. Где убитый? Проводите.
Михалыч закивал и, оглядываясь на бледную, потерявшую дар речи Зорю, поспешил к месту трагедии.
Стеша со своим заданием, сокращая путь, намерилась было нырнуть в лес, но в последний момент вспомнила, что именно там убили парнишку. Вернулась к более безопасному пути – по рельсам.
Оставшиеся боязливо переглянулись.
– Может, диверсанты? Нас предупреждали, – шепотом высказала предположение Груня.
– Это она, – вдруг осенило Зорю, и она в ужасе оглядела соседок. – Она туда пошла.
– Кто? – не сразу поняла Варя.
– Ты что, про Наталью?
– Она! – упрямо повторила девчонка. Сделала попытку пойти следом за бригадиром, но ноги не слушались.
– Думай, что говоришь, – все так же шепотом проговорила Груня, не переставая оглядываться.
Несколько мгновений стояла тишина. Все страшные цифры погибших на фронтах померкли перед одной-единственной смертью паренька, мелькнувшего несколько раз при бригаде. Близкая смерть – она всегда жальче…
Защита появилась со стороны Стеши.
