Оборвыш-диверсант из разведшколы абвера, добровольно сдавшийся после заброски на железную дорогу, виделся тем ключиком, который открывал, наконец, дверь к тайным немецким ходам, направленным на уничтожение «железки». Подбросить тол в кучу угля, который рано или поздно подцепится лопатой кочегара и попадет в паровозную топку, – чем не победный фейерверк посреди общего праздника? Вот только действует парень самостоятельно или все же связан с Эльзой?
– Сколько вас в группе? – первым делом спросил Врагов, усаживаясь за отполированный стол в своей землянке и записав установочные данные Антона в протоколе допроса.
Улыбнулся невольно десятому пункту «Социальное положение подозреваемого до революции». Враг молодеет настолько быстро, что об Октябре знает только из книжек, так что графу можно смело изымать из протокола.
– В разведшколе у нас обучалось ровно тридцать человек. Но в самолет мы садились вдвоем с Серегой Беликовым, он из беспризорников. Он выпрыгнул первым, потом минут через десять выбросили меня."
"Врагов выложил на стол содержимое протертого до дыр туеска Антона.
Махорка, кусок мыла, сало с хлебом, огурцы, лук, соль в спичечном коробке – традиционный набор беженцев и беспризорников, скитающихся по стране. И самому покушать, и что-то предложить на обмен. Не подкопаться.
– Нам выдали еще по три куска тола в виде угля. Два я закопал сразу, как только приземлился на каком-то поле. А с этим пошел до первых часовых.
– Почему решил сдаться?
– Так я же партизан, я же свой! – удивился Антон.
Хотел было потянуться за махоркой, но сдержался. – Из лагеря убежать было невозможно, там Анька-пулеметчица на вышке сидела, личная расстрельщица Каминского. Поэтому, когда в лагере начали отбирать ребят покрепче, я подумал, что это может быть удобным случаем для побега…
Сведения о Каминском, кавалере фашистского Железного креста, образовавшего на территории Брянского края Локотскую республику, наверняка заинтересуют Москву. Как и сведения об Анке-пулеметчице: любые данные о предателях и пособниках фашистов стекались в определенные отделы СМЕРШ, и Антон будет для контрразведчиков ценнейшим источником информации.
Но пока требовалось выудить у него все о собственной «нательной рубашке» – железной дороге.
– И так прямо сразу из лагеря в разведчики и к нам? – сделал удивленное лицо Врагов, возвращаясь к допросу.
– Зачем сразу? Нас, доходяг из лагеря Каминского, отвезли сначала в какой-то лагерь в лесу, туда же стали привозить бездомных, беспризорников.
