А насчет того, почему скрывает, - наверняка дело глубоко семейное. Катарина умеет защищать своих.
- Как и ты, - протянула мора Ровейн.
- Потому и поладили, - кивнула Мадди. - Поговорите с нами откровенно. Вы ведь тоже многое скрываете. В том числе и про Отбор.
- Да что ты заладила - Отбор, Отбор...
- С тростью Катарина давно, они, можно сказать, уже близкие родственники, - упрямо произнесла ванен Скомпф. - Впереди месяц без боли и мучений, раз есть мазь. А вот Отбор - вот он, вокруг нас. И он представляет большую опасность, чем тайны прошлого.
- Если кому-то интересно мое мнение, то я полностью согласна с Мадди, - устало раздалось от двери. - Мора Ровейн, наколдуйте пару кресел для нас с няней.
С легким хлопком напротив Германики и Мадди появились кресла, придвинулся столик, и сами собой прилетели чашки с чайником.
- А у меня и пирог с собой, - широко улыбнулась старая эйта.
- Как вы успели? - поразилась Германика.
- Тю, мазь-то у меня всегда при себе. А на кухню я за пирогом бегала, - широко улыбнулась Анна Талем.
- Побаловать хотела ягодку нашу. Как вы тут живете? И вот да, вы мэдчен, не с Яблоневой ли улицы?
- С Яблоневой, - заулыбалась Мадди.
- Ох и хорошая же у вас лавка, - покивала эйта Талем.
Раскрасневшаяся мэдчен ванен Скомпф подскочила, разлила чай, порезала пирог и села на место. После чего, вместе с подругой, принялась приукрашивать Отбор. Потому что волновать добрую пожилую женщину не хотелось. Вот и вышло, что ногу Катти перегрузила сама - перетанцевала на репетиции бала.
- Ты уж поаккуратнее, милая. Я мазь-то оставлю, а пока ты тут, еще раз в предместья съезжу. А то мало ли, понадобится - и нет.
- Что ж вы одна-то отправитесь? - тут же отреагировала Германика. - Я вам в помощь юношу дам. Очень талантливый, и защитит, если что.
- Да кому я нужна, мешок со старыми костями, - отмахнулась эйта.
- Да все приятнее, когда живая душа рядом.
Море Ровейн все же удалось убедить Анну Талем взять с собой «талантливого юношу». Теперь дело было за малым: убедить главу Совета белаторов съездить со старухой в предместья.
Что ж, она, Германика, трудностей не боится. Да и рука у нее тяжелая.
Глава 9
Два дня прошли в напряженной тишине. Катарина свободно передвигалась по дворцу, частенько выбиралась с Мадди и Германикой посидеть в беседках. И начисто игнорировала благородных дерров, которых вокруг малого дворца становилось до неприличия много.
Зато сама хромая мэдчен интересовала почти всех.
