Постепенно мои легкие раскрываются, и я закрываю глаза.
Хотя по иронии закрыть глаза – значит подвергнуть себя риску.
Демоны обожают играть в темноте.
* * *Виктория сворачивает косяк, пока я расчесываю волосы, глядя в окно.
Рэйвен Брейшо.
Какого хрена.
Донли, этот ублюдок, тщательно подбирал слова и специально «проговорился» про их беседу с Ролландом. Ролланд, который только сегодня просил своих сыновей никому ничего не говорить, сказал им, что не сможет быть на игре, так как не хочет, чтобы Грейвен узнал о том, что его выпустили.
Худшая часть всего этого? Я верю Донли. Я думаю, что он на самом деле разговаривал с Ролландом.
И что же это говорит о папочке Брей?
Я хмурюсь. Парни не поймут.
Мое внимание привлекает вспышка зажигалки, и я оборачиваюсь к Виктории, обнаруживая, что она наблюдает за мной.
– Готово.
– Прикуривай.
Она фыркает, но подчиняется, и я опускаюсь рядом с ней.
– Помнишь, какую информацию о Брейшо ты вывалила на меня?
– Не говори об этом, Рэйвен.
– Это была правда. Они словно Робин Гуды, которые ничего не крадут. Темные рыцари в Диоре.
Она фыркает, и я смеюсь.
– Я прочитала название на одеколоне Ройса.
Мы обе смеемся.
– Тебе здесь нравится? – спрашивает она, передавая мне косяк.
Я глубоко затягиваюсь и кашляю, выдыхая. Я прочищаю горло.
– Они мне нравятся, – отвечаю я. – Но…
– Тебя это также пугает?
Я поднимаю взгляд к куполообразному потолку.
– Я не понимаю этого. Они делают меня сильнее, но эта сила одновременно кажется слабостью.
С каждым скинутым грузом прибавляется новая ноша.
– Непросто доверять людям, когда ты этого не умеешь, – бормочет Виктория.
– Да, но как кто-то больше и смелее меня может казаться ошибкой?
– Потому что, Рэй, как ты говорила с самого начала, ты хотела сбежать от мира, спрятаться в твоем собственном углу, когда время пришло. – Мы поворачиваем головы на матрасе, чтобы посмотреть друг на друга. – Я полагаю, теперь это почти невозможно, да?
– Я бы никогда не смогла уйти от него.
Я никогда бы не смогла уйти от любого из них.
– А что насчет него? Как думаешь, он может бросить тебя?
– Нет, – честно отвечаю я, возможно, чуточку чересчур уверенно.
Она печально улыбается.
– Тогда прими этот мир таким, какой он есть.
– И какой же он?
– Это мужской мир, а мы просто куклы, которых они готовят по пути… – она замолкает, и в ее голосе звучит такая убежденность, что я задумываюсь, может, она тоже запуталась.
