А то вдруг окажется, что тебя ни там не было, ни там… Вдруг ты шпион американский.
– Почему шпион? – улыбнулся Богдан.
Он прекрасно понимал, что Измайлов шутит.
– Потому что подготовка соответствующая.
– Наш спецназ покруче всяких там заморских шпионов.
– Надеюсь. А то вдруг окажется, что ты шпион… Ладно, шучу. А если серьезно, то дела не очень. Рычагов утверждает, что ты первый достал пистолет и выстрелил в Бурдукова. А потом набросился на него…
– У меня есть свидетели, – покачал головой Богдан.
– Гражданка Михайлова все видела.
– Есть такое. Она действительно все видела. Но дело в том, что Рычагов – человек непростой. И у него есть определенное влияние в этом городе. Может, уже сегодня ночью к Михайловой придут страшные люди с уголовными рожами. Или уголовные люди со страшными рожами?.. В общем, гражданка Михайлова может изменить свои показания…
– Но ведь Бурдуков был вооружен. Это само по себе подтверждает его вину.
– Да, пистолет у него незаконный.
И сам он судим за разбой. Веры ему нет. И Рычагову, разумеется, тоже. Но ты должен понимать, что нельзя так просто стрелять в людей.
– Понимаю. Только Бурдуков ствол достал… Я убить его мог. Но я же в руку стрелял…
– А если бы в голову попал?
– Все могло бы быть. Но мы же здесь не в бирюльки играем.
– Слова не юноши, но мужа! – покладисто улыбнулся Измайлов. – Что верно, то верно, мы здесь не в игры играем. Завтра подъедет следователь из прокуратуры, мозги будет прокапывать.
Но ты должен знать, что мы за тебя горой. И никакой Рычаг не сможет тебя опорочить…
– Я поговорю с Рычагом, – с важным видом кивнул Ревякин. – Подкручу ему фитиль, чтобы сильно не чадил…
– Давай, Илья, ты с этим типом хорошо знаком. Объясни ему популярно, что лейтенант Городовой – человек из нашей системы и за него мы спросим жестко. Скажи, что ни перед чем не остановимся. Он поймет, что это значит. Если не дурак… Хотя нет, лучше я сам с ним поговорю. А то слухи нехорошие о нем ходят… Водитель у него, он же, я так понимаю, телохранитель.
С боевым оружием ходит и ничего не боится. Надо эту вольницу прекращать…
– Как? – спросил Ревякин.
– Рыбу рубят с головы.
– А что у нас на Рычагова есть? Сопротивление представителям власти не пройдет – он скажет, что хотел Городовому пиджак поправить, потому и взял его за лацканы. А Богдан его неправильно понял… Ничего противоправного, в общем-то, Рычаг не совершал.
