Но он вдруг закатил глаза и стал падать. Это у него сердце остановилось…
– Смертельный удар, – подсказал Ревякин.
– Да, смертельный удар… Федор не хотел его убивать!
– И вину за убийство Рычагова тоже не хотел на него сваливать, да?
– Ну, он сказал, что Глеба действительно заказал Дима. Из-за меня. Из-за нас с ним…
– Шуринов Рычагова заказал. Но это не важно… Значит, Шуринов убил Ковалькова, наврал тебе с три короба, объяснил, как себя вести на допросе, и ушел. Но сначала он выбросил Ковалькова из окна, да?
– Да.
– Как он это сделал?
– Ну, выключил в комнате свет. Потом открыл окно, посадил Диму на подоконник… Да, и еще наложил его руку на стекло, чтобы остались отпечатки пальцев. А потом толкнул его в грудь…
– И ты готова это подтвердить?
– А что, у меня есть выход?
– Нет у тебя выхода. Банда Ковалькова не хочет подчиняться Шурину. Друзья Ковалькова объявили ему войну. И тебе тоже. Потому что ты предала Диму. Потому что ты живешь с Шурином… Все очень серьезно, Нина. Но у тебя еще есть возможность все исправить… Ну, так что, показания подтверждать будешь?
– Да, – решительно кивнула головой девушка.
Богдан подал Ревякину его папку, тот вынул из нее бланк протокола. Он собирался допросить Нину прямо в машине. И все потому, что в здании РОВД это делать опасно. Тот же Измайлов мог вставить им палки в колеса…
Глава 31
Дверь тихонько открылась, послышались шаги. Только у Нины есть ключи от квартиры, да и вернуться она уже должна. Темнеет за окном, в комнате сумерки. Сейчас Нина включит в прихожей свет…
Но свет не включался.
А в спальню зашел какой-то мужик. Шурин без движения лежал на кровати, наблюдая за ним. И когда незваный гость приблизился на расстояние удара, резко вскочил на ноги. «Йоко-гэри» – не самый сложный удар. Трудность в том, чтобы нанести его молниеносно и мощно. Но Шурин справился с этим, и его пятка на скорости врезалась противнику в пах. Бедолага отскочил назад и, сгибаясь в поясе, стукнулся о дверной косяк так, что содрогнулись стены.
– Ой-ёё! – теряя сознание, простонал тот.
Только сейчас Шурин узнал в нем Пашу Мохнатого.
В это время в прихожей зажегся свет, и Шурин увидел еще одну знакомую личность. Махор смотрел на него хищно и со смертельной угрозой во взгляде. И через прицел «нагана». А выстрелить ему ничего не стоит. Он же вор, а у них закон – если достал нож, нужно бить. И он ударит. Хотя бы для того, чтобы исполнить закон… Эта мысль парализовала Шурина.
– Плохо ты гостей встречаешь, – зловеще ухмыльнулся Махор.
