– С левой стороны, – стараясь сдержать нервный смех, подсказала я.
После странного признания в комнате возникла густая, насыщенная пауза. Несмотря на закрытое домашнее платье, я чувствовала себя почти обнаженной.
– В следующий раз покажешь?
– Если ты будешь паинькой.
– Я точно не собираюсь быть паинькой, – протянул он с такой выразительной, многообещающей интонацией, что под ложечкой засосало. Появилась восторженная мысль, что я вообще-то не против, если он сейчас передумает демонстрировать примерное поведение и мы повторим восхитительные вещи, что делали по дороге в пансион, укрытые темнотой каретного салона, но уже без слоев одежды.
Из коридора до нас донеслись женские голоса. Прилично напрягшись, я прислушалась к копошению и прижала палец к губам, призывая Ноэля не демонстрировать дар речи. Наступила тишина, а потом в дверь грубо и требовательно постучали, заставив меня вздрогнуть. Казалось, снаружи нас пытаются накрыть десять хмурых мужиков, но раздался голос одной-единственной Зои:
– Чарли, ты дома? Открой!
Дверная ручка заходила туда-сюда.
Мы с Ноэлем переглянулись.
– Она ее вскроет? – едва слышно уточнил он.
– Не знаю! – В панике я подхватила с кресла его пальто: – Прячься в ванную! Не понимаю, твои приятели не могли их подольше поразвлекать?!
– Почему ты спрашиваешь у меня? – искренне возмутилась эта мужская особь, втискиваясь в ванную комнату.
– Ты видишь здесь кого-то еще?!
Я швырнула ему в лицо пальто и захлопнула дверь.
– Чего ты заперлась? – недовольно буркнула Зои и, сдвинув меня с дороги, вошла в комнату.
– А ты зачем стучишь как на пожар, если видишь, что заперто? – в свою очередь возмутилась я. – Почему так рано вернулись?
– Сначала смылся твой Коэн, – Зои закатила глаза, – за ним ушел Эйнар. Мы посидели втроем и тоже разошлись. Договорились встретиться на выходных. Валериан пообещал позвать парней, которые точно не сбегут в середине свидания. А по дороге от коричного вина так голова разболелась, просто жуть! У тебя ведь есть снадобье от мигрени?
– Спросила бы у Вербены, – проворчала я, но полезла в ящик за сундучком с аптекарскими настойками и порошками.
– Ты точно не подсунешь какую-нибудь гадость «десять в одном» вместо капель от головной боли.
Я выдвинула крышку, схватила флакон и передала подруге.
– Забирай и не возвращайся… в смысле, не возвращай.
– Да я у тебя выпью, – простонала она и зачем-то пошлепала в ванную комнату.
– Господи, что ты забыла в моей ванной? – испугалась я, преграждая ей дорогу.
