Быстро собрав спутанные волосы, я выглянула в спальню.
Ноэль разводил огонь в камине. От открытой ладони струился полупрозрачный поток света, словно плавящего воздух, а по поленьям уже танцевали язычки белесого магического пламени. В отличие от обычного огня, оно не сразу съедало дерево. Сначала долго его точило, позволяло комнате согреться, напитаться теплом, но потом поглощало мгновенно, в один присест, не оставляя ни головешек, ни пепла.
Северянин повернулся ко мне, взгляд прошелся от макушки до носов… тяжелых зимних башмаков с каблуками, торчащих из-под подола платья.
– Кхм… Сейчас еще раз вернусь!
Я втянулась обратно в ванную комнату, с грохотом скинула ботинки и сунула ноги в домашние туфли. Потом все-таки аккуратно повернула обувь носами к стене, чтобы не порадовать вредного домовика и не остаться без нее."
"В спальне вовсю горел камин. Ноэль стоял возле секретера и листал «Воины света». Обнаружить книгу в комнате я не ожидала и несколько напряглась. Видимо, горничная решила, что новый том случайно упал в корзину, и положила его к другим учебникам.
Надо обязательно ее поблагодарить.
– Не против? – Северянин кивнул на томик в своих руках.
– Его ведь подарил ты.
– Мой дед перевел «Воинов света» с первородного на королевский диалект. Он называет трактат делом всей своей жизни, – вдруг признался Ноэль. – Мать обожала эту книгу, дед обожал эту книгу, и друг друга они тоже любили. Дед плохо принял тот факт, что выжил только старший сын человека, которого он всю жизнь ненавидел.
Он отложил томик на стопку учебников, и мне вдруг стало неловко.
– Не красней, Чарли. В тех газетах, что тебе показали, наверняка упоминался пожар на корабле.
– Вскользь, – согласилась я. – Вы с дедом оба потеряли близких, разве тебе не нужна была поддержка или помощь?
– Люди справляются с горем по-разному. Я тоже не был подарком. – Он сунул руки в карманы, глубоко вздохнул и посмотрел на меня с улыбкой. – К слову, книга валялась в корзине под столом. Она тебе настолько не понравилась?
– О боже! – На секунду, надеясь не сгореть от стыда, я прикрыла лицо ладонями.
– Мне почти удалось себя убедить, что «Воинов» спасла горничная! В свое оправдание скажу, что украшение Энариона не снимаю даже в ванне.
– Эна Рион, – поправил он. – В два слова.
– То есть ты в курсе, кто он и чем знамениты его живые цветы, – резюмировала я с улыбкой.
– Где они сейчас? Цветы Эна Риона.
– На ребрах.
Взгляд Ноэля скользнул по моему телу, обласкал плечи, остановился на правом боку.
