Она единственная, дорогая ему женщина, ради нее он готов даже пойти на унижение, позволить кому-то обладать ею…
С этими играми нужно заканчивать… Нужно преданно любить мужа, быть рядом, ценить то, что он дает. Она согласится на эту странную иномировую науку для зачатия и выносит ребенка, который станет плодом их любви… Потому что отдаться другому она не может.
Она влетела в свой дом. В его дом. В их дом. Ей нужно срочно увидеть его.
Она кинется ему на шею, расскажет все, пожалуется на Майра. Он знает, что делать с ним.
Нужно было позвать его в самом начале, он пришел бы по мирам и исправил все… Нужно было просто доверять ему и делать, что он говорит…
…Она скажет ему, что согласна на ту науку. Что любит и понимает его. Что он — ее единственный мужчина. Расскажет все и попросит прощения за этот поцелуй с Майром. Наверняка он простит, он ведь самый великодушный, самый понимающий, самый лучший…
Можно было позвать его мысленно. Он всегда слышал, когда был в этом мире. Но ей хотелось увидеть его сразу.
Найти, обрадовать, попасть в его объятия. И Аньис принялась искать его. Она знала, что сейчас Рональд должен быть дома, он никуда не собирался.
Но в кабинете его не было, в их покоях — тоже… Она спросила у Парма, но и тот не знал, где хозяин. Наверное, он у себя в мастерской, сообразила Аньис.
Что ж… В ту часть дворца Аньис не ходила, слишком сильно это место напоминало ей о драконьем пламени Эдора и невероятной пытке, что пришлось пережить. Но ей нужно увидеть мужа прямо сейчас… И она кинулась по коридорам в дальнее крыло, в котором чуть не сгорела.
Как когда-то, быстрым шагом, почти бежала… Щеки раскраснелись, сердце громко билось. Лестница… Потом тот коридор. На мгновение Аньис остановилась от ужаса. Ей показалось, еще шаг — и она увидит Эдора. Его бездушное, решительное лицо, когда он шел на нее…. Тоже вожделел ее. Один Рональд любит.
Она выдохнула и заставила себя пойти дальше. Нельзя бояться этого места до бесконечности.
Ну вот и заветная дверь в конце пути… Аньис остановилась отдышаться.
Любимый должен быть за этой дверью. На мгновение она задумалась. Они уважали друг друга. Он стучался, когда приходил в ее кабинет, где она работала над эскизами. И она всегда поступала так же. А сейчас она хочет ворваться…
Аньис постучала. Но никто не ответил. Дернула за ручку — то ли его нет, то ли заперто изнутри. Но где еще он может быть? Никуда не собирался… Может быть, увлекся и не слышит.
