Он отказался помогать ему на приеме, устроенном Самарским, отказался еще дважды потом, а вот сегодня позвонил сам, впервые позвонил сам, чтобы сказать, что готов сделать то, что от него требуется.
Ему было совершенно наплевать на мотивы этого сумасшедшего мстителя, наплевать на последствия его поступков, даже, в сущности, наплевать на то, что будет с ней. Он хотел мстить сам, ударить Самарского так больно, как только сможет, а заодно испортить жизнь той, из-за которой все началось.
— Рада? Должна быть рада, Титова, а знаешь почему? Потому что это твоя последняя радость в жизни! — Дима с упоением следил за тем, как глаза Саши увеличиваются, как лицо становится белее мела, как руки тянутся к сумке.
Поздно. — Приятного вечера, Алекс Константиновна.
Выпад в ее сторону, Саша почувствовала укол в руку, и несколько секунд ничего не происходило, а вот потом… Свет погас….
* * *Господи, неужели опять? Саша попыталась пошевелиться, но тут же почувствовала, как руки и спина отдают жуткой болью, плотно сжав зубы, она заставила себя сдержать стон.
Казалось, сил открыть глаза не будет уже никогда, а в висках все та же боль пульсировала с завидной периодичностью. Но самое ужасно в этом состоянии было то, что она прекрасно понимала, что увидит, стоит лишь разлепить глаза. Слышала нетерпеливые шаги, то приближающиеся, то снова отдаляющиеся, даже затылком ощущала пристальные взгляды, знала, и боялась. Боялась, что все это окажется не сном, а явью.
— Проснулась, маленькая принцесса? — кажется, больше, он ждать был не намерен.
Ее схватили за щеки, подставляя лицо свету, захотелось закрыться от слепящей лампы руками, но они, как оказалось, плотно связанны. Делать вид, что она все еще без сознания, смысла больше не было.
— Где мы? — Саша распахнула глаза, сощурившись от яркого света, который ей тут же загородило лицо. Лицо человека, которого она ненавидела так, как это только возможно.
— В моем маленьком королевстве, Сашенька, нравится? — Шутов разжал руку, давая возможность отвести взгляд от лампочки на потолке.
Прежде, чем девушка обрела способность видеть, ей казалось, что ко всему, она еще и ослепнет навеки — несколько минут перед глазами плясали яркие светлые пятна.
— Нравится? — Шутов повторил вопрос нервным, чуть писклявым голосом. — Это все для тебя, принцесса. Тебе должно понравиться.
Осознав, что она наконец-то видит, Саша вмиг об этом пожалела. Его маленькое королевство… Не сиди она прикованной к стулу, упала бы прямо к ногам сумасшедшего.
