Говорил я все, что пришло мне в голову — я сомневался, что зверь понимает людской язык, и просто старался успокоить сгарха, дать ему понять, что мы не враги.
— Думаю, ты не понимаешь мои слова, но знай — мы не желаем тебе зла. Нам ни к чему проливать кровь друг друга и у нас общий враг. Просто уйди. Вернись во двор, и клянусь — если получится, я сделаю все, чтобы отпустить тебя на волю. Туда, откуда ты родом. Даю свое слово. Понимаешь?
Замолкнув, я еще некоторое время играл со зверем в гляделки, стараясь не моргать и не отводить взгляда.
Сгарх продолжал недвижимо стоять на месте, но его утыканная клыками пасть медленно сомкнулась, а уши дернулись, словно показывая, что он меня услышал. Утешало это мало — зверь продолжал нависать надо мной, и если его сейчас переклинит, то я даже пискнуть не успею. Чувствуя, как во мне начинает зарождаться паника, я поспешно открыл рот и, неожиданно для себя самого, ляпнул первое, что пришло на ум:
— Мы с тобой одной крови — ты и я.
Одним кошачьим движением сгарх внезапно оказался вплотную ко мне и опустил голову так, что наши глаза оказались на одном уровне.
Секунду вглядывался в меня, шевельнул ноздрями изучая мой запах. Затаив дыхание, я с неимоверным трудом заставил себя остаться на месте и не отшатнуться с диким визгом ужаса. Сжал правую руку в кулак и, заведя его за спину, угрожающе потряс им, обращая этот жест к напрягшимся воинам, чтобы те не наделали глупостей.
Дальнейшие действия сгарха слились в одно единое движение — зверь молниеносно развернулся и, мощно оттолкнувшись лапами от земли, взмыл в воздух, чтобы приземлиться уже на жалобно застонавшей крыше.
Сгарх ушел. Ушел и не тронул никого из нас.
Еще мгновение я стоял с задранной вверх головой, затем медленно опустил лицо вниз и взглянул на застывших в нелепых позах шурдов, так и не успевших разгрести нагромождение мебели у выхода. На свою беду…
Словно по мановению волшебной палочки рядом со мной оказался Рикар, уже успевший подобрать с земли свое ненаглядное оружие.
Глядя на шурдов, здоровяк хищно оскалился и, подкинув топор в руке, со злобной радостью прошипел:
— Ну, склирсы подзаборные, трефы вонючие, начинайте молиться своему Темному! Конец вам пришел! БЕЙ!!!
Стоящие за нашими спинами воины отмерли и со слитным ревом глоток ринулись на заверещавших в диком ужасе гоблинов. Буквально через мгновение я оказался в тылу свалки — уже в третий раз за сегодняшний день.
