— Ты думаешь, я попадусь на эту уловку? — с сарказмом спросил я, с трудом удержавшись, чтобы не покрутить пальцем у виска. — Я не настолько глуп!
— Прикажи им что-нибудь! И сам убедишься! Корис, желай я твоей смерти, то просто подождал бы, пока шурды сделают работу за меня. Честно говоря, именно это я собирался сделать, но обстоятельства несколько изменились.
Переглянувшись с Рикаром, я пожал плечами и, чувствуя себя круглым дураком, громко крикнул, обращаясь к молчаливо стоящим ниргалам:
— Ниргалы! Отойдите на четыреста шагов назад и не возвращайтесь, пока я не прикажу!
К моему несказанному изумлению, ниргалы повиновались.
Развернувшись, они быстрым шагом направились в сторону от стены и, пройдя указанное расстояние, остановились. Рядом со стеной остался лишь Квинтес, наслаждающийся видом моего обескураженного лица.
— Убедился?
— Убедился, — кивнул я и, чтобы оставить последнее слово за собой, с ядом в голосе добавил: — Сейчас спущусь. Ты главное никуда не уходи.
Надо отдать должное, Квинтес воспринял мои слова с юмором — взглянул на отсутствующие ноги, широко улыбнулся и, закинув руки за голову, уставился в быстро темнеющее небо.
В сопровождении воинов и священника я мрачно шагал к подъемнику и осматривал окрестности поселения. Мое сознание наконец приняло тот факт, что схватка закончилась и теперь пришло время подсчитывать понесенные потери. Про численность погибших людей и гномов я старался даже не думать, боясь услышать эту цифру, и поэтому ограничился лишь внешним осмотром внутреннего двора.
Жилая пристройка почти не пострадала, если не считать разбитой в щепу двери и проломленной крыши, конюшня практически в таком же состоянии — в крыше зияет огромная дыра неправильной формы, но дверь уцелела — словно в насмешку. Судьба лошадей ясна и печальна — разорваны в клочья мертвяками. Печально, но не критично — в ущелье виднелось несколько десятков лошадей, что принадлежали погибшим ниргалам. Вот только кормить их все так же нечем.
Дождавшись, когда платформа поднимется, я встал на подъемник и, бросив последний взгляд на церковь с незаконченной кровлей, и коротко приказал одному из воинов:
— В церковь не соваться.
Там сгарх.
— Что? Сгарх?! — поразился стоящий рядом со мной отец Флатис, да и остальные скрестили на мне не менее пораженные взгляды. — Шурдский сгарх в нашей церкви? Сын мой! Ты что такое говоришь?
— Это долгая история, святой отец, — вяло отмахнулся я. — Пока вы в себя приходили, мы тут со сгархом беседы вели.
