Квартира Клима располагается в историческом центре. Хорошая просторная четырешка, которую он купил, видно, незадолго до суда, и сделал ремонт. Я влюбляюсь в нее сразу же. В строгие по-мужски линии, в рубашки и костюмы, висящие в шкафу, в парфюм, дожидающийся хозяина в шкафчике в ванной, в просторную кухонную зону.
– Клим! – выбегает нам навстречу Таисия Валерьевна, вытирая о передник руки.
– Мама… Ну ты чего? Не плач!
– Вернулся! Господи, счастье какое… Я так боялась, что не доживу!
– Тая, хорош реветь! Лучше за стол всех зови.
С дороги голодные, наверное…
– Конечно-конечно! Проходите. Я пирогов напекла, сыночек. А Ясенька рулет приготовила. И салат. Вот этот.
– Ясенька приготовила? – ухмыляется.
– Эй! Я умею готовить. Знаешь, сколько тренировалась?
– Хозяюшка, – притягивает к себе на колени и, сколько ни брыкаюсь, не дает встать. Ну и ладно.
– Коньячку?
– Всего! – мой Дым зажмуривается и откидывается на спинку стула. На губах – мягкая улыбка. Не могу удержаться – целую.
– Свадьба-то когда? – усмехается Александр Николаевич.
– Завтра заявление подадим, да? – оживляется Дым. Мы с его матерью переглядываемся и синхронно прыскаем.
– Не романтик! – закатывает глаза Таисия Валерьевна.
– Романтика будет потом.
Чтоб его! Я в предвкушении этой романтики томлюсь остаток дня. К тому моменту, как старики уходят, меня уже просто потряхивает от нетерпения. И трусики такие мокрые, что стыдно.
– Я в душ, ладно?
– Только поторопись.
А по-другому и не выходит. Быстро споласкиваюсь, надеваю специально оставленный здесь халатик.
Очень сексуальный. Я готовилась? Да! С ума схожу, как соскучилась.
Возвращаюсь в спальню и натыкаюсь на ничего не выражающий взгляд. В руках Клима какая-то коробочка…
– Передумала насчет детей? – ровным голосом интересуется Дым. А я замираю в ужасе от того, что он мог подумать!
– Нет! Нет… что ты.
– А противозачаточные тогда зачем пьешь?
Делано-безразлично закатываю глаза:"
"– Я же на антидепрессантах, забыл? Сейчас нежелательно беременеть, вот я и… – пожимаю плечами.
В глаза Клима вспыхивает адское пламя и оседает пеплом.
– Прости. Я не подумал. И не спросил даже, как ты?
– Я отлично, Клим. Теперь, когда ты рядом, так точно.
Дым кивает. И, наконец, по-настоящему меня замечает. Я чувствую этот момент, он отзывается щекоткой в промежности.
– Пиздец ты красивая.
– Спасибо, – улыбаюсь, как дурочка.
– Я мигом. Полотенце…
– Там есть!
Ему хватает двух минут, чтобы помыться.
