– Я отвезла их тете Надире. Нам надо поговорить.
Он понял. Мгновенно, тут же, сразу понял, по ее бледному лицу, темным больным глазам, по тому, как дрожал ее подбородок – что Зиля знает. Словно враз обессилев, Марат тяжело и медленно опустился на банкетку в прихожей.
– Это правда? – шепотом спросила Танзиля.
Марат не знал, что именно ей сказали, и кто сказал. Это потом, позже, он частично восстановит картину из аккуратных расспросов Зили, узнает, что приезжал сам Балашов. А о том, что именно он сказал его жене – то не очень-то это и важно.
Вряд ли Балашов смог бы представить дело хуже, чем оно было на самом деле.
Говорят, правда всегда выходит на поверхность. Марат хотел скрыть факт своей измены от Зили, но не смог пока придумать, как самому научиться с этим жить. А теперь и не надо ничего придумывать. И он испытал вдруг какое-то странное, неуместное чувство облегчения. Не надо врать. Как же это хорошо, что не надо врать.
И Марат медленно кивнул."
"Вздрогнув всем телом и коротко всхлипнув, Зиля стремительно ушла в детскую.
И оттуда вскоре послышались звуки глухих рыданий.
А Марат пошел на кухню, сел за стол и уперся лбом в сжатый кулак. Что он мог сейчас сделать? Ничего. Утешать женщин он не умел в принципе. А сейчас, после того, как Зиля узнала правду, прикоснуться к ней – это оскорбить ее.
Пусть проплачется. Женщинам от этого становится легче.
Вдруг смертельно захотелось курить. Сигареты Марат впервые попробовал в армии, и ему не понравилось. А сейчас почему-то захотелось этой горечи и горячего дыма.
Но он не сдвинулся с места, продолжая сидеть в тихой, молчащей квартире, где слышались только глухие рыдания преданной женщины.
Когда рыдания, наконец, стихли. Марат неожиданно подумал о том, что дна он достиг. Хуже не будет. И, значит, надо думать о том, как подниматься с этого дна.
***
Марат ошибся. Дна он еще не достиг. Потому что Антон Балашов не ограничился только увольнением и разрушением его брака. Он принялся методично уничтожать Марата. Выражалось это в том, что за две недели после ухода из агрохолдинга «Балашовский» Марат так и не смог найти работу.
Те должности, на которые его с удовольствием и без вопросов взяли бы еще месяц назад, теперь оказывались для Марата закрытыми. Ему отказывали без объяснения причин. Дело не доходило даже до очных собеседований. «Извините, вы нам не подходите» – вот и весь ответ. Без объяснений. Марат снизил планку требований, рассматривал варианты, на которые он бы раньше и не посмотрел. Результат тот же.
