Как правило, мы обедаем вместе, но я что-то не могу припомнить, чтобы она говорила о каких-то письмах или звонках с угрозами. Нет, ничего такого она не говорила. — Незаметно для себя он начал говорить о дочери в настоящем времени, как бы упуская из виду тот факт, что ее уже нет в живых.
— А в чем заключалась ее практика? — спросил Карелла.
— Практику она проходила в больнице “Буэнависта”, — ответил Таунсенд.
— И что же у нее там за работа?
— Ну, она готовится стать социологом, как вам уже, наверное, известно.
— Да, а точнее…
— Она там… ну, вы наверно и сами знаете, чем занимаются социологи в больницах, правда?
— Мы представляем себе это довольно смутно, мистер Таунсенд.
— Ну, понимаете, Клер работает там… — он остановился на полуфразе, только сейчас сообразив, что продолжает говорить о дочери и о ее работе в настоящем времени. Он уставился на детективов, пораженный собственным открытием. Тяжело вздохнув, он продолжил. — Клер работала там… — он снова сделал паузу, словно пытался закрепить в памяти происшедшее.
— Клер работала там с пациентами, лежащими в стационаре. Понимаете, врачи там снабжают их лекарствами, назначают всякие процедуры, но зачастую оказывается, что для выздоровления одних лекарств мало. И вот тут-то подключалась Клер. Работу свою она рассматривала как оказание помощи пациентам в том смысле, что старалась пробудить в них волю к жизни, волю к выздоровлению, волю к тому, чтобы вновь стать здоровыми и нормальными людьми.
— Понятно, — сказал Карелла. После некоторой паузы он спросил.
— А не рассказывала она вам что-нибудь примечательное о ком-нибудь из пациентов — из тех, с кем ей приходилось работать?
— Да, она обычно рассказывала о многих.
— В каком смысле, мистер Таунсенд?
— Ну, понимаете, она принимала участие буквально в каждом пациенте, с которым она сталкивалась на работе. Собственно говоря, работа ее как раз и заключалась именно в таком личном участии, и ей приходилось искать подход буквально к каждому из них.
— А возвратившись домой с работы, она рассказывала вам обо всех этих людях, правда?
— Вот именно.
Она частенько рассказывала мне о них… а еще она рассказывала о разных забавных случаях на работе. В общем, вы и сами понимаете, как это бывает.
— Но случалось, наверное, и так, что там происходили и не очень-то забавные истории, правда, мистер Таунсенд?
— О, естественно, забот у нее хватало. Она взвалила там на себя столько обязанностей и, конечно же, ей иногда приходилось нелегко.
