— Может, ты поступишь на работу в полицию?
— Я уже однажды поступила в полицию — в тот самый день, когда вышла за тебя замуж, — сказала Харриет с улыбкой.
Бирнс тоже улыбнулся. Потом взглянул на Ларри и тяжело вздохнул:
— Сын, я тоже слышал, что в этом году ожидается голод. Но все-таки попробуй немного полегче. У нас в подвале большие запасы съестного.
Клер Таунсенд, хозяйка квартиры, и детектив Берт Клинг обнимались в гостиной.
Обниматься в гостиной оказалось куда приятнее, чем на заднем сиденье автомобиля. Ральф Таунсенд, отец Клер, отправился спать в половине одиннадцатого, предоставив гостиную «детям».
С теми, кто помолвлен, считал он, ничего предосудительного случиться не может. В тот вечер родителям Клер и впрямь нечего было опасаться, потому что Берт Клинг не был особенно расположен к флирту. Приятный полумрак в гостиной и тихая музыка проигрывателя никак не могли отвлечь Берта Клинга от сегодняшнего подвига Коттона Хейза.
— Стучит в дверь, — говорит он. — Это я. Блюститель Закона. Бах, бах! Бах, бах! Четыре выстрела, дверь в дырках.
Еще чуть-чуть и родственники Стива могли бы обращаться за страховкой.
— Мы весь вечер будем говорить об этом твоем Коттоне Хейзе?
— Этот человек опасен, — продолжал Берт Клинг. — Дьявольски опасен. Я очень надеюсь, что его не поставят со мной в пару.
— Он новенький. Еще научится.
— Когда? Когда перебьют всех ребят в отделе? Нет, Клер этот человек опасен.
— Жаль, что ты сегодня совсем не опасен.
— Что ты хочешь этим сказать?
— А ты подумай.
— Вот оно что! — сказал Клинг и небрежно поцеловал свою невесту.
— Но разве можно быть таким бестолковым? Разве можно всерьез…
— А что тут плохого, если полицейские стучатся в дверь?
— Это чудесно, когда полицейские стучатся в дверь, — сказ, Клинг. — Но не тогда, когда в квартире живет человек, которого подозревают в убийстве.
— А того человека подозревали в убийстве?
— Он толкнул Роджера Хэвиленда в витрину.
— Вот оно что…
— Скажи, а ты бы постучала? — спросил Берт.
— Я бы сказала: «Поцелуй меня, любимый!»
— Что?
— Поцелуй меня, любимый! — повторила Клер.
И Берт поцеловал её.
* * *В тот вечер на Коттона Хейза не жаловался только Стив Карелла. Когда он оказывался рядом с Тедди, все остальное для него не имело значения. Он не любил приносить домой служебные заботы. За часы дежурства ему приходилось виде такое, от чего воротило с души. Но, подобно многим другим полицейским, он привык вытирать ноги у порога своей квартиры, оставляя уголовную грязь на коврике.
