Стекло с хлопками и звоном лопалось, не сумев сдержать рвущуюся наружу мощь, и осколки летели во стороны. Несколько человеческих фигур превратились в факела и с воплями рванули к реке, превращая своих товарищей в подсвеченные мишени.
Огня было столько, что на берегу Славянки ночь сменилась жарким полднем, и скрытым в темноте стрелкам больше не приходилось стараться, выцеливая залегшие в траве среди полыхающих пятен фигуры. Четыре штуцера рявкнули почти одновременно, и еще несколько вольников замерли, уткнувшись лицами в землю.
Могучий «холланд» заговорил последним — видимо, Седой нарочно не спешил, разглядывая в оптику берег. И не прогадал: свалил сразу двоих, которые имели несчастье оказаться на одной линии. Замерший у деревьев силуэт крутанулся вокруг своей оси, роняя оружие вместе с оторванной конечностью, а его товарища тяжелая пуля и вовсе отшвырнула на несколько шагов.
Основа уже накачала меня энергией под завязку, и время растягивалось, превращаясь в бесконечность.
Но на деле с первого щелчка арбалета вряд ли прошло больше половины минуты, за которые зубовская шушера потеряла едва ли не половину бойцов — и это еще до того, как к схватке присоединился Горчаков.
На этот раз старик, видимо, решил показать класс, а не работать стандартными штуками. По кончикам его пальцев пробежали голубые искры, и вода в реке пришла в движение. Волны забурлили, устремляясь вверх, а потом поток вдруг свернул и хлынул на берег.
Раздались вопли, и около полудюжины фигур рванули прямо сквозь пламя, но ушли недалеко — могучие струи настигли их, прямо в полете застывая полупрозрачными острыми фигурами. Ледяные копья без труда пронзали и резали хрупкую плоть, и тех, кто успел успел ускользнуть от одной стихии, тут же настигала вторая.
Умения обращаться с аспектом мне пока еще не хватало, но его недостаток я с лихвой компенсировал мощью и упрямством. Повинуясь моей воле, пламя с ревом металось по просеке, догоняя тех, кто еще не поймал арбалетный болт или пулю из штуцера.
— Отступаем! — громыхнул из темноты чей-то голос. — Уходим обратно в ле…
Договорить вольник не успел: с крыши лесопилки снова громыхнул «холланд», и крик тут же оборвался, и больше желающих командовать не нашлось. На просеке все еще щелкали затворы и плевались огнем стволы штуцеров, но схватка с каждым мгновением все больше напоминала избиение.
