И если на нее плотину поставить, если перевезти все добро со Славянке потихоньку…
Здоровенный палец уперся в карту и принялся скользить из стороны в сторону, отыскивая нужный среди притоков Невы. Но его, похоже, вообще не потрудились нанести — или мысль Горчакова попросту потерялась и заплутала среди десятков нанесенных от руки пометок.
Немудрено — их было столько, что даже карта в отцовском кабинете по сравнению с этой показалась бы пустым листом бумаги. Кто-то — вряд ли сам Хряк, скорее покойный Мамаев — не поленился дорисовать озерца с ручейками и заполнить весь северный берег Невы крохотными значками.
Холмиками, валунами, пещерами, даже отдельно стоящими деревьями.
Такой чести, впрочем, удостоились не все старые сосны, а только те, что можно было использовать в качестве ориентиров. Большая их часть выстроилась вдоль отмеченной карандашом линии, которая, по-видимому, обозначала дорогу. Именно по ней мы с Седым и сыновьями удирали отсюда первые несколько километров — перед тем, как свернули в сторону Невы.
Зубовские гридни явно ездили дальше — и намного. Серая ниточка тянулась наискосок чуть ли не через треть карты и обрывалась где-то среди лесов. Я почти отыскал взглядом и озерцо к северу от нашей заимки. Вокруг него отметок было уже куда меньше. Точнее, всего три: раздвоенная сосна на холме, поваленное дерево с торчащими корнями и уже знакомая каменюка.
Художественные способности барона — а может, и кого-то из гридней, ходивших с ним в Тайгу — оставляли желать лучшего, но я все же узнал скалу с фотографии.
Только здесь на ней почему-то красовались криво нарисованные символы, похожие на руны с дядиных татуировок.
— А это что за… загогули? — пробасил Горчаков у меня над ухом. — Скала какая-то? Камень?
— Потом разберемся. Идти надо. — Я протянул руку и содрал карту со стены. — А то вдруг у зубовских лодки на том берегу.
* * *— Не гони так. — Я в очередной раз чуть не приложился головой об потолок кабины. — А то всю добычу растеряем.
Штуцера обитатели форта все-таки успели утащить с собой.
Пожар пожаром, а оружие всегда следует держать при себе — эту привычку жители Пограничья впитывают еще с молоком матери. Рамиль нашел в «гостинице» несколько камуфляжных курток, а кто-то из вольников впопыхах оставил даже сапоги, однако в плане огнестрела улов оказался не таким уж и богатым."
"Ружье, пара револьверов и несколько пачек с патронами — включая ту, что я забрал из сейфа вместе с жив-камнями.
