Значит, была не заперта…
Я почти вся прячусь под одеялом, зажмуриваюсь.
Однако слышу, как вошедший идет прямо к кровати. Осторожно ставит что-то на свободную сторону.
Не удерживаюсь от любопытства, открываю глаза.
На меня смотрит улыбающийся Барсег. Осторожно садится на постель рядом со мной.
Он мне завтрак принес — на переносном столике.
После всего того ужаса, который происходил между нами за последние пять лет, он просто взял и принес мне завтрак.
Удивленная, я сажусь в кровати, прикрыв одеялом грудь.
— Доброе утро, — говорит он.
— Ты вчера нормально не поела. Не уверен, что ты предпочитаешь на завтрак, принес всего по чуть-чуть.
С этими словами он открывает передо мной стальной колпак, демонстрируя несколько маленьких тарелок. На одной красуются горкой сырники с клубникой, на другой лежит скрученный рулетом омлет с ветчиной, а на третьей тарелке возлежит круассан с шоколадом. Очень похожий на те, что продаются в кафе, находящемся в офисном здании, где мы работаем. Ровно такой же круассан, какими мы с Аней завтракали за работой много-много раз.
От тарелок с едой божественно пахнет.
— Поешь, — просит Барсег. — Хоть кусочек чего-то.
Я беру вилку, отделяю кусочек омлета и отправляю в рот. Насыщенный, яркий вкус, знакомый с детства. Нежнейшее блюдо, которое украсит любой завтрак.
— Ты же любишь кофе, да? — спрашивает он.
Аккуратно пододвигает мне белую чашку с дымящимся темно-коричневым напитком.
— Люблю, — киваю.
Беру в руки чашку, делаю маленький глоточек.
Натуральный, в меру крепкий, совершенно не сладкий, зато бодрящий.
— Барсег, — спрашиваю тихонько. — А что там?
Указываю на небольшой стальной колпак, который прикрывает блюдо чуть поодаль от меня.
— То, что следовало отдать тебе еще вчера, — басит он и враз серьезнеет.
Приоткрывает крышку, демонстрируя мне черную бархатную коробочку."
"Вижу ее и столбенею.
Сдвинуться с места не могу.
Барсег берет коробочку в руки, открывает. Изнутри на меня смотрит кольцо с большим грушевидным сапфиром. Оно поблескивает на белом шелке и…
Не манит.
Пугает.
Барсег огорошивает меня, прямо как вчера:
— Искренне прошу, от души, со всей любовью, на какую только способен. Выходи за меня, Снежана! Не по залету, а по любви. Ты же любишь меня? Хоть немного…
Я задыхаюсь от этих его вопросов.
Пытаюсь спрятать лицо за чашкой. Делаю новый глоток кофе, тут же закашливаюсь, отставляю чашку.
— Снежана, тебе плохо? — пугается он.
— Барсег, зачем ты это делаешь? — У меня на глаза наворачиваются слезы.
