Хотелось выть от тоски, злости и других эмоций, которые раздирали меня изнутри."
"Эти люди потеряли все. Всю свою прошлую жизнь со всем своим имуществом. Я не представлял, что ждало их впереди. Как они выжили в этом аду, когда вокруг все летит, взрывается и стреляет. Почему ВСУшники не эвакуировали их в глубь страны. У них было полно времени сделать это. Чтобы не чувствовать этого, я выпустил на волю вояку.
— Для вас все плохое закончилось! — сказал я и встретился глазами со взглядом женщины, которую я увидел первой.
— Мы сделаем все, чтобы этой ночью вы оказались в безопасности. Первыми мы отправим мам с детьми. Вас накормили?
— Да. Ребята поделились пайками. И тут уже угостили нас кофе.
— Почему вы не ушли? — задал я, не выдержав, вопрос женщине.
— А куда мы пойдем?! У нас тут все. И дома, и хозяйство. Это наша Родина, сынок. — сказала она и посмотрела на меня. — Ой, простите. Вы же командир, а я к вам «сынок».
— Да ничего. Это нормально, — чтобы не включаться эмоционально, я продолжал выдерживать тон делового общения.
— Не знаете, в каких домах солдаты противника?
— Украинские солдаты? — спросила она и улыбнулась. — Нет. Мы же в подвале сидели. Мы мирные.
— А наемников встречали? Кто не по-русски говорит?
— Грузины были, — включился в наш разговор мужчина. — Но это я их в центре видел, давно уже.
Разбив их по четыре человека, мы вывезли их в Зайцево и передали в штаб. Оттуда их отправили на эвакуацию в один из российских городов, где мирных расселяли по гостиницам и пансионатам, предоставляя медицинскую помощь, проживание и питание.
Идем дальше
С утра, чтобы деть куда-то чувства и справиться с потрясением, я вышел на связь со всеми группами и напомнил еще раз ребятам, что мы должны уважительно относиться к мирным гражданам.
— Пацаны, вчера одна из наших групп обнаружила в подвале мирное население: женщин, мужчин и детей.
Я остановился, чтобы успокоиться и говорить ровным голосом.
— Хочу вам еще раз напомнить о том, что мы уважительно и очень бережно относимся к мирным гражданам.
Они — это наши будущие соотечественники, у которых не должно быть сомнений в наших добрых намерениях. Они и так потеряли все: свои дома, имущество и хозяйство. Возможно, кто-то из них потерял близких. Поэтому мы должны поддерживать их и физически, и морально. Хочу вам напомнить часть вашего контракта о неприемлемости мародерства и насилия. Эти факты будут пресекаться жестко и без права на апелляцию! Вчера при выводе мирных погиб наш боевой товарищ.
