Мирные
Попрощавшись с командиром, я пошел к «Птице», чтобы отдать ему новые списки личного состава. В тот же момент на доклад по рации вышел командир группы, которая держала крайний дом.
— «Констебль» — «Ньютону»?
— Как дела «Ньютон»?
— Да как… Нет ума — штурмуй дома! Нормально дела. Дом за нами. В подвале шестнадцать гражданских. Несколько мужчин. Женщины и дети. Куда их девать-то? Тут пулемет лупит, хер голову поднимешь.
— Откуда они там?! — опешил я. — Забери у них телефоны. Ночью попробуем вывести их.
Только перед выходом мужчинам руки свяжи… Объясни, что такие правила и, как только их выведут, мы их развяжем. Что такая предосторожность.
— Принято.
— А чего они не ушли-то?! Там же убить могут. Как они там оказались?! — стал нервничать я.
— Говорят, идти некуда.
В Чечне я никогда не встречался с гражданскими, которых выводили из-под обстрела или из подвалов. Мы воевали в горах и окопах. Эта встреча для меня должна была стать первой. Я не понимал, что это за люди, как они к нам относятся, и нервничал по этому поводу.
Я не знал, как себя с ними вести. О чем говорить, а о чем нет. И поэтому решил действовать по обстоятельствам.
— «Констебль», — вышел на меня по рации «Ньютон», когда я уже подъезжал к «Аиду». — Мы их вывели, но в процессе… снайпер застрелил нашего парня.
— Сука. А мирные?
— Все живы. На базе сидят. Ждут, что дальше.
— Мужчин досматривали?
— Да. Следов от броников и автомата на теле нет. Они тут все родственники, так что шпионов среди них нет.
Первой, кого я увидел, была женщина лет шестидесяти с короткой стрижкой. Она была небольшого роста, с простым славянским лицом и голубыми, почти прозрачными, глазами.
— Здравствуйте, — просто сказала она. — Это вас мы ждем, чтобы нас отправили дальше?
— Доброй ночи, — сказал я и запнулся от нахлынувших чувств. — Видимо, меня. Я командир «Вагнера».
К нам стали подходить все оставшиеся мирные. Тут были девушки, взрослые мужчины с женщинами и маленькие дети, закутанные, как луковицы, в одежду, одетую одна на другую.
Они все смотрели на меня и ждали, что я решу. Я на автомате залез в карман, достал оттуда яблоко и протянул девочки лет шести, которая стояла впереди своей мамы — молодой и красивой женщины с волосами, собранными в узел.
— Держи, — сказал я и протянул ей свое яблоко.
Она оглянулась на мать. Та кивнула ей, и она взяла яблоко.
— Спасибо.
Володино я отдал пареньку примерно такого же возраста, который смотрел на яблоко девочки.
