Мы ждем, пока они подравняют нам фланг. Вот тут, с востока, в Опытном, другие наши соседи. Но у них все более-менее отлично. Думаю, что разумно вам своим агрегатом перекрыть кислород противнику на дороге. Зайдете на позицию к моему командиру «Айболиту» и будете охотиться на технику. Ну и иногда постреливать по нужным нам блиндажам в сторону Бахмута.
— Хорошо.
Было видно, что перспектива стрелять с близкого расстояния его пугала.
Я стал показывать ему съемки с нашего коптера, на которых было видно маршрут передвижения украинского танка, который нас беспокоил.
— Смотри, «Боцман»! Видишь, есть метров двадцать, где нет тополей вдоль дороги? Сможешь поджечь его именно в этом промежутке?
— Попробуем, — пробасил он.
— Они хорошо знают все наши позиции. Танк этот голый участок старается пройти на максималках. Поэтому его нужно ловить по звуку еще на выезде из Бахмута.
— Задача ясна. Когда выдвигаемся? — тут же отреагировал «Боцман».
— Давай перекусим, кофе попьем и выдвинемся.
Я посмотрел на их серьезные и слегка перепуганный лица.
— А вы чего такие серьезные, мужики? Помните, как говорил барон Мюнхгаузен?
Они молча смотрели на меня.
— «Улыбайтесь. Обязательно улыбайтесь господа! Потому что самые великие глупости на земле делаются с серьезным лицом». Обстановка у нас пиратская. Так что добро пожаловать на борт! «Боцман» с помощником нам очень пригодятся.
Медики разогрели нам кашу с тушенкой, достали соленья, и мы очень вкусно отужинали в тишине и спокойствии. У меня было хорошее и веселое настроение.
Мне хотелось, чтобы у всех присутствующих было так же тепло и уютно на душе.
Мы решили подождать «Айболита», который должен был подтянуться сюда, принести ништяки, скоординировать действия и забрать ПТУРщиков с собой на позицию.
В это время пришел «Бас» со своей группой эвакуации.
На тот момент у него сформировалась постоянная группа эвакуации, которая работала настолько скрытно и профессионально, что перестала нести потери.
— Привет, урки! — поприветствовал я их, находясь в некоторой эйфории от проглоченной пищи и хорошей сигареты с кофе.
— Ты вот, «Констебль», все говоришь «урки», «урки»…
«Бас» посмотрел на меня с осуждением.
— А вот даже не понимаешь, о чем говоришь. Так сказать, не понимаешь семантического и смыслового значения этого слова. Не знаю, как кто… Чужая душа — потемки. Но, на самом деле, «урок» среди нас нет. Разве что «Кусок». Но это он пусть сам за себя скажет, когда проснется.
«Бас» задумался, собираясь с мыслями.
