Нашли даже один далекий горный кишлак, в котором оказались пленные советские солдаты в количестве пяти человек. Я просил узнать у Игнатьева их фамилии, но к несчастью, моих знакомых там не оказалось. Почти всю информацию я получал через него — масштабные события, когда ты безвылазно сидишь в одной комнате двадцать четыре на семь, как-то проходят мимо. Да и кто будет отчитываться перед ефрейтором?
Само собой погоны кое у кого за такую безалаберность слетели. Произошла частичная замена командного состава. А по поводу снятых с БТР-70 штатных раций, оказалось, что начальник связи незадолго до выезда намеренно дал команду снять «уставшие» радиостанции «Р-123» под замену, но новые еще не привезли.
Потому и вышли из положения, временно посадив в «броню» по одному связисту со штатыми «Р-159». Цирк, конечно, но случается и такое.
Несколько раз я беседовал с Игнатьевым. То он ко мне приходил, то я. Мы успели перетереть многие проблемные моменты. Несколько раз видел майора Кикоть, но все время издалека.
— Товарищ капитан! — в наш первый разговор, я не мог не объяснится. — Понимаю, что не оправдал ваших ожиданий, когда не довез агента ЦРУ, но…"
"— Все нормально, Громов! — остановил меня офицер. — Случилось и случилось, хорошо хоть сами ноги оттуда унесли. Все мы с горной тропы видели, как его подстрелили, и американец вывалился из коляски. Ты его скрутил, ты протащил по подземному ходу. Конечно, если бы его удалось вывезти и доставить сюда, его можно было бы взять в оборот и заставить говорить… Но не сложилось! Как ты понял, майор Кикоть об этом ничего не знает.
— Само собой, — невесело усмехнулся я. — И пусть так и остается. А то бы уже доложил «наверх», что я намеренно отпустил агента ЦРУ на волю, получив от него какие-то секретные инструкции! А что Ахмед?
— Переводчик сотрудничает с разведкой и особым отделом, он уже поведал много интересного, правда, на мой взгляд, все сказанное им мелочевка. О серьезных планах Джона Вильямса он ничего не знал. Или притворяется, что не знает.
Наши выяснят.
— А зачем ему скрывать? Смысл?
— Пока не знаю, — вздохнул капитан. — Война не будет вечной, когда-нибудь, да закончится и скорее всего, он намерен вернуться в свой кишлак. У него ж там вроде две жены остались? Вот и пытается заработать себе немного репутации.
— Вроде бы да. А что там с Али?
— Отпустили. Он никакого интереса не представляет. Говорит, что пас коз, а потом тебе помог. Все. Ничего не знает, ничего не видел.
