Медленно, словно чувствительность к затекшей во сне руке, к Артему начало возвращаться ощущение контроля над собой.
– Вован, Кулак – вернуться в туннель, в проход. Закрыть дверь, – приказал один из голосов, наверное, принадлежавший бородатому командиру. – Враги остаются здесь. Дрон охраняет врагов. Завтра праздник, люди едят врагов, почитают Великого Червя.
– Что вы сделали с Олегом? Что сделали с ребенком? – захрипел Артем им вслед.
Гулко хлопнула дверь.
Глава 17. Дети червя
Несколько минут прошли в полной тишине, и Артем, решивший, что их оставили одних, снова задергался, пытаясь хотя бы сесть.
Слишком сильно скрученные ноги и руки затекли и болели. Артем вспомнил слова отчима, который объяснял ему однажды, что если оставить даже повязку или жгут слишком надолго, ткани могут начать отмирать. «Хотя, – подумалось ему, – какая теперь разница?»
– Враг, лежи тихо! – раздался вдруг голос. – Дрон плюет игла-паралиш!
– Не надо, – Артем послушно замер, – не надо стрелять."
"У него мелькнула надежда: что, если, разговорившись со своим тюремщиком, он сможет убедить его помочь им выбраться отсюда? Но о чем можно разговаривать с дикарем, который вряд ли поймет и половину его слов?
– А кто это – Великий Червь? – спросил он первое, что ему пришло в голову.
– Великий Червь делает землю. Делает мир, делает человека. Великий Червь – все. Великий Червь – жизнь. Враги Великого Червя, люди машин – смерть.
– Я никогда о нем не слышал, – тщательно подбирая слова, произнес Артем. – Где он живет?
– Великий Червь здесь живет.
Рядом. Вокруг. Все ходы Великий Червь копает. Человек потом говорит – это он делает. Нет. Великий Червь. Дает жизнь, забирает жизнь. Копает новые ходы, люди в них живут. Добрые люди почитают Великого Червя. Враги Великого Червя хотят убивать. Жрецы так говорят.
– Кто такие жрецы?
– Старые люди, с волосами на голове. Только они могут. Они знают, слушают желания Великого Червя, говорят людям. Добрые люди делают так. Плохие люди не слушают. Плохие люди враги, добрые их едят.
Вспомнив подслушанный разговор, Артем начал постепенно соображать, что к чему.
Одним из таких жрецов был, верно, и рассказывавший легенду о Черве старик.
– Жрец говорит: нельзя есть людей. Говорит, Великий Червь плачет, когда один человек ест другого, – стараясь выражать свои мысли так же, как и дикарь, напомнил ему Артем. – Есть людей – против воли Великого Червя. Если мы здесь останемся, нас съедят. Великий Червь будет опечален, будет плакать… – осторожно добавил он.
