– Великий Червь, конечно, будет плакать, – послышался из темноты насмешливый голос. – Но эмоции эмоциями, а белковую пищу в рационе ничем не заменишь.
Говорил тот самый старик, Артем сразу узнал его тембр и интонации. Он только не мог понять, находился ли тот в комнате все время или незаметно прокрался в нее только что. Как бы то ни было, надежды выбраться из клетки не осталось.
Потом Артему в голову пришла еще одна мысль, от которой его начало знобить. «Какое счастье, что Антон до сих пор не очнулся и не слышит этого», – подумал он.
– А ребенка? Детей, которых вы воруете? Вы их тоже едите? Мальчика? Олега? – глядя в темноту широко раскрытыми от ужаса глазами, почти беззвучно спросил он.
– Маленьких не едим, – отозвался дикарь, хотя Артем думал, что ответит старик. – Маленькие не могут быть злые. Не могут быть враги. Маленьких мы забираем, чтобы объяснить, как жить. Говорим про Великого Червя. Учим почитать.
– Молодец, Дрон, – похвалил жрец. – Любимый ученик, – пояснил он.
– Что случилось с мальчиком, которого украли прошлой ночью? Где он? Это ваше чудовище его утащило, я знаю, – сказал Артем.
– Чудовище? И кто же этих чудовищ наплодил?! – взорвался старик. – Кто наплодил этих немых, трехглазых, безруких, шестипалых, умирающих при рождении и неспособных размножаться? Кто лишил их человеческого обличья, пообещав им рай, и бросил подыхать в слепой кишке этого проклятого города? Кто в этом виноват и кто после этого настоящий монстр?
Артем молчал. Старик тоже ничего больше не говорил и только тяжело дышал, стараясь успокоиться.
И в этот момент Антон наконец очнулся.
– Где он? – просипел он. – Где мой сын? Где мой сын?! Отдайте мне сына!
Он перешел на крик и, пытаясь освободиться, принялся кататься по полу, ударяясь то о прутья решетки, то о стену.
– Буйный, – прежним насмешливым тоном отметил старик. – Дрон, успокой его.
Послышался странный звук – как будто кто-то кашлянул или сильно выдохнул. Что-то коротко свистнуло в воздухе, и через несколько секунд Антон снова затих.
– Очень поучительно, – сказал жрец. – Пойду, приведу мальчика, пусть посмотрит на папу, попрощается. Хороший, кстати, мальчуган, папа может им гордиться – так славно сопротивляется гипнозу… – Он зашаркал по полу, удаляясь, скрипнула открывающаяся дверь.
– Не надо бояться, – неожиданно мягко сказал тюремщик. – Добрые люди не убивают, не едят детей врагов. Маленькие не грешат. Можно научить жить хорошо. Великий Червь прощает маленьких врагов.
