Это был тот самый надтреснутый мудрый голос, который последние полчаса неторопливо вел повествование о Великом Черве и сотворении жизни. Сразу становилось ясно, что его обладатель отличается от остальных жителей станции: вместо примитивных рубленых фраз он говорил обычными, разве чуть напыщенными предложениями, да и тембр голоса у него был вполне человеческий, не то что у других.
– Кто вы? Отпустите нас! – с трудом ворочая языком, прохрипел Артем.
– Да-да. Именно так все и говорят. Нет, к сожалению, куда бы вы ни направлялись, ваше странствие окончено.
Запытают и зажарят. А что поделаешь? Дикари… – равнодушно ответил голос из темноты.
– Вы… тоже в плену? – догадался Артем.
– Мы все в плену. Как раз вас сегодня освобождают, – хихикнул его невидимый собеседник.
Антон снова застонал, завозился на полу, промычал что-то невнятное, но в сознание так и не пришел.
– Да что это мы с вами в темноте сидим? Прямо как пещерные люди!"
"Чиркнула зажигалка и огненное пятно осветило лицо говорящего: длинную седую бороду, грязные, спутавшиеся волосы и серые насмешливые глаза, теряющиеся в сети морщин.
На вид ему было не меньше шестидесяти лет. Он сидел на стуле по другую сторону железной решетки, разбивавшей комнату надвое. На ВДНХ тоже была такая, называлась она странно – «обезьянник», хотя обезьян Артем видел только в учебниках по биологии и детских книжках. На самом деле помещение использовалось как тюрьма.
– Никак не могу к чертовой темени привыкнуть, приходится этой дрянью пользоваться, – посетовал старик, прикрывая глаза.
– Ну, и зачем вы сюда полезли? С той стороны места, что ли, не хватает?..
– Послушайте, – не дал договорить ему Артем. – Вы же свободны… Вы же можете нас выпустить! Пока не вернулись эти людоеды! Вы же нормальный человек…
– Разумеется, могу, – отозвался тот, – и, уж конечно, не стану. С врагами Великого Червя у нас никаких сделок.
– Какой еще Великий Червь? Да о чем вы говорите?! Я про него даже не слышал никогда, не то что быть его врагом…
– Неважно, слышали вы про него или нет.
Вы пришли с той стороны, оттуда, где живут его враги, значит, вы можете быть только лазутчиками, – насмешливое дребезжание в голосе старика сменилось стальным лязгом. – У вас огнестрельное оружие и фонари! Чертовы механические игрушки! Машины для убийства! Какое еще доказательство нужно, чтобы понять, что вы – неверные, что вы – враги жизни, враги Великого Червя? – он вскочил со своего стула и подошел к решетке.
