— Не могу знать, каков твой дядя в лекарском деле, но человек он хороший. И Катя — просто чудо. Повезло тебе, береги их, Алексей.
— Непременно, друг. Завтра встретимся, как и договаривались, чтобы обсудить детали нашего дальнейшего сотрудничества.
— А лучше в воскресенье! — поправил меня Синицын. — Я планирую уйти в загул на сутки. В Хопёрске много красивых дам. Могу тебе кое-кого посоветовать… Или ты по Анне Елиной чахнешь?
— Я пока совсем ни по кому не чахну, — рассмеялся я.
— Ну да, у тебя в голове одни изобретения да будущее лекарского дела.
Ладно, Алексей, бывай! — махнул мне Синицын и пошагал домой.
Уже начало темнеть. Я прошёл в дом и тут же меня остановил мой дядя.
— Лёша, я ж совсем забыл! — протараторил он. — Просьба есть, пока ещё совсем не стемнело. Поможешь?
— Конечно, какая просьба?
— Удивлён, что ты не помнишь, — развёл руками он. — Память сегодня у твоего деда. У отца моего. А он винцо красное любил до одури. Сможешь до лавки добежать, пока она не закрылась? Я тебе деньги верну потом…
— Какие ещё деньги, дядь, сдурел, что ли? — воскликнул я.
— Сейчас всё будет. Красное?
— Сухое, — кивнул дядя.
— Через полчаса вернусь, — сообщил я и побежал к центру города.
У винной лавки, как назло, собралась огромная очередь. Вроде и девятнадцатый век, и мир другой, а всё, как в моём прошлом! Вечер пятницы — и все мчат закупаться алкоголем.
Я взял бутылку самого дорогого вина и пошагал домой. Однако, как только я оказался на безлюдной улочке, что вела к моему дому, кто-то схватил меня за плечо…
И приставил остриё ножа к спине.
— Тихо, не рыпайся, — произнёс нечеловеческий голос. — Я — не враг.
Поначалу я подумал, что за моей спиной какой-то монстр. Но уже через мгновение до меня дошло, что незнакомец изменил свой тембр с помощью магии.
— Не враг, говоришь? — спросил я. — А друзья обычно нож к спине не подставляют.
— Держи, — коротко сказал он и положил в мою руку…
Фонендоскоп! Мой! Тот самый, который я так кропотливо создавал в мастерской дяди. Но ведь его забрал Горохов!
— Кто ты такой? — процедил сквозь зубы я.
— Кто я — неважно, — ответил он. — Куда важнее, что твоим родственникам грозит опасность. Советую поскорее возвращаться домой, Мечников.
Нож от моей спины отстал, я резко развернулся, но в тенях улицы не было ни единой души.
Стоп… Что он только что сказал? Моим родственникам грозит опасность? Проклятье!
К дому дяди я бежал со всех ног. Не припомню, чтобы хоть раз в жизни так быстро бегал. Дыхание спёрло, лёгкие горели.
