И на этом фоне очень уж странно выглядит тот факт, что на следующий же день приказом генерал-майора Жохова капитан Федулов был разжалован в младшие унтер-офицеры, а его взвод расформирован. Вот такие вот факты. Выводы же делать вам, — нахмурившись, закончил генерал-губернатор.
Это было сильно сказано. Уже за одно упоминание подвига капитана Федулова, я был готов смириться с тем, что князь Зубов в ходе ответов на вопросы журналистов постоянно перетягивал одеяло на свою сторону, преувеличивая свое мнимое участие в успешной обороне и приуменьшая наше.
Резюмируя, можно сказать, что пресс-конференция прошла вполне плодотворно. Было сказано то, что должно быть сказано, и очень тактично обошли стороной те вопросы, которые надо было непременно обойти.
После того, как все закончилось, мы с князем Зубовым и его пресс-секретарем вышли через боковую дверь и оказались в небольшом помещении, которое, в свою очередь, выходило одной дверью в холл, а другой — в личный кабинет Михаила Петровича.
Пресс-секретарь по указанию князя отправился к парадному выходу, сделать короткое заявление для собравшейся там прессы, а мы с Зубовым проследовали в его кабинет.
Там уже наготове с двумя кожаными папками стоял граф Доронин. При нем был подготовленный и подписанный контракт с одной из аффилированных компаний генерал-губернатора, касающийся поставок этериума с моей шахты. Граф протянул одну из папок князю, а другую — мне.
— Ознакомьтесь, Александр Николаевич. И если все устраивает, подпишите, — чопорно произнес он, указав на длинный стол для совещаний.
Я быстро пробежал контракт глазами и поставил свою подпись. Встав из-за стола, я повернулся к князю и слегка наклонив в знак благодарности голову, сказал:
— Приятно видеть, ваше превосходительство, насколько быстро и четко вы выполняете свои обещания.
Окинув меня потеплевшим взглядом, генерал-губернатор ответил:
— Мы можем быть друг другу полезны, граф. Не забывайте об этом, как и о том, что пообещали для меня сделать. Мои пиар-агенты уже подготовили всю необходимую информацию и отправили вам на почту.
— Всенепременно, ваше превосходительство. Прямо сейчас этим и займусь, — со сдержанной улыбкой ответил я.
— Рад это слышать, Александр Николаевич. Ну а сейчас позвольте откланяться, мне нужно срочно лететь в Петербург. Завтра Его Императорское Величество Михаил Александрович ждет меня у себя во дворце, — при этом его голос заметно дрогнул от напряжения.
— Желаю вам удачи, ваше превосходительство, — с поклоном ответил я.
