Заклинание я подготовил практически на автомате — мои разум и тело привыкли к его использованию. Серый, едва видимый, сгусток сорвался с моей руки и ударил прямиком в грудь беркута. Птица была огромной и летела по прямой в моем направлении, так что промазать в этом случае было сложно.
Схватив ПЗРК, я повернул рычаг подготовки к пуску, закинул трубу на плечо, прицелился, поджал пуск, дождался сигнала захвата цели и дожал спусковой крючок. Крышки отстрелились, и ракета пошла на цель. А следом за моим зарядом вылетела и ракета из ПЗРК Ярцева.
Одна за другой они врезались в лишенного щита беркута. Птица громко заклекотала, резко взмахнула крыльями и камнем упала на землю.
В это время я уже бежал к месту падения, готовя на всякий случай заклинание призрачного кинжала. Я несся по засеке, перепрыгивая через ветки, подныривая под лежащими друг на друге стволами и перелезая через большие нагромождения поваленных деревьев. Взобравшись на одну из таких куч, я наконец-то увидел беркута.
Он был еще жив и, катаясь по земле, махал перебитыми крыльями. Смертельно раненная птица яростно царапала когтями по стволам валяющихся рядом деревьев, выплевывая из клюва небольшие язычки пламени.
Монстр увидел меня и попытался вывернуть голову, чтобы запустить в мою сторону поток испепеляющего огня. Но я был быстрее. Стремительным прозрачным сполохом мелькнул в полете призрачный кинжал и врезался беркуту прямо в голову. Птица, словно, электрическая игрушка, у которой резко отключили питание, уронила голову на землю и осталась лежать без движения.
Я подошел к беркуту и, достав армейский нож, отрезал с ее лапы фалангу с огромным окровавленным когтем. Ярцев, который следовал за мной по пятам, с интересом посмотрел на меня.
— Им нужен символ этой победы. В этом случае у них будет, что предъявить этому толстому борову.
Виктор Петрович молча ухмыльнулся и кивнул.
Когда мы вышли на дорогу, все имперские бойцы, даже раненные повернули головы в нашу сторону.
Я нашел глазами капитана Федулова, который угрюмо стоял над телом одного из своих убитых солдат.
Подойдя к офицеру, я поднял над головой окровавленный коготь беркута и, окинув суровым взглядом имперских солдат, прокричал:
— Бойцы! Это кровь ваших братьев! Сегодня мы с моими верными солдатами защищали мирных подданных Российской империи. Мы уничтожили четырех мощнейших монстров. Этот — пятый. Много моих бойцов отдали за это свои жизни.
