– Только рыба ищет где глубже, а женщина – где лучше. Ты ей предлагал скитания и неопределенность, а у бывшего генерала дом, хозяйство, изобилие пищи. Да и рукастый он.
– А я что? Нет? – с неподдельной обидой спросил ратник.
Волхв кивнул."
"– И ты. Но для нее он рукастее. Ну не хочет она кочевать по миру. Если только немного и в удовольствие. Женщине всегда нужен свой угол. Она там делает уют и очаг.
Савмак тяжко вздохнул. Уют и очаг ему сейчас делать негде.
– Сделаю, – сказал он с суровой решимостью.
Олег промолчал и ухватился за ручку горелки, поддавая огня. Дирижабль поднялся выше и резво помчался вперед высоко над верхушками деревьев. Его крупная тень ползет чуть в стороне, солнце светит радостно и дружелюбно, словно там внизу нет никаких послушников, а бывший генерал с болотницей не отбиваются от них. Волхв выдохнул – эти точно выжили, да так выжили, что догнали послушников и поблагодарили. Со всех сторон. Другой вопрос – зачем послушники их выслеживали настолько дотошно, что аж напали, зная, что один раз уже проиграли.
Олег покосился на Люсиль, та влезла в безразмерную рубаху и штаны, подпоясалась и сидит на ящике, поджав колени, глядит вдаль.
– Что-то часто тебя пытаются принести в жертву, – заметил он.
Люсиль вздрогнула и обернулась. В ясных глазах смирение и робость.
– Да… – протянула она.
– Может, все-таки расскажешь?
– Все дело в моей семье, – ответила она грустно.
– А что с ней не так? – оживился Савмак.
По лицу Люсиль прокатилась тень печали, она глубоко вздохнула, ресницы быстро запорхали в попытке смахнуть влагу, но одна капелька все же прорвала запруду и сверкающей дорожкой прокатилась по щеке. Люсиль смахнула непрошенную гостью и продолжила:
– Дело в том, что оба моих родителя – члены ордена. Об этом я узнала недавно, когда подслушала их разговор. Они говорили о могущественном артефакте – о Мече, который должен возвеличить орден над всем миром.
Савмак хмыкнул.
– Ну и замашки у вашего ордена, я скажу.
– Не у нашего, – поправила Люсиль, – а у их. Я должна была стать членом ордена, когда достигну двадцати лет, это как раз пару дней назад было.
Савмак не понял и переспросил:
– Посвящение в орден, что ли?
Люсиль покачала головой.
– Нет, – пояснила она, – достижение двадцати лет.
– Ой! – воскликнул ратник. – Так у тебя, значит, праздник.
