А она выплескивается временами, потому что невозможно постоянно давить в себе живые чувства.
Хэл помолчала, обдумывая мои слова, и минуту мы шли в безмолвии, разбиваемом лишь постукиванием ее каблуков и звонким стрекотом цикад.
– Здесь… в реальном Баннгоке совершается много преступлений? – понимающе спросила она.
– Достаточно. Особенно в южных районах, Так вот, по поводу преступлений. Тайцы стараются избежать конфликтов, выглядеть безмятежными и гармоничными, – продолжил я. – Для них очень важно «сохранить лицо».
Повестка в суд за наезд – отличный повод это лицо «потерять». А мертвый потерпевший, как ты понимаешь, никаких претензий предъявлять не будет. И номер машины не запомнит.
– Странные порядки! – тихо, но эмоционально произнесла Хэл. – Но должно же быть здесь что-то хорошее?!
– Побережье, – спустя несколько секунд ответил я с улыбкой. – Там уникальные скалы! И пещеры. Море потрясающее. Ночью полоса прибоя светится от планктона. Я покажу снимки. Если найду.
Хэл хотела спросить еще что-то, но передумала, прислушиваясь, и я кивнул в ответ на ее взгляд.
Шум и человеческие голоса доносились именно оттуда, куда мы направлялись.
Здание на соседней улице, освещенное красными огнями, стояло между двух высоток. Одна была черной и недостроенной, другая тускло поблескивала окнами квартир.
Около дверей клуба толпилась молодежь. Смуглые, темноволосые, в ярких топах и таких модных здесь коротких шортах девушки, парни в узких майках. Они болтали, смеялись, обнимались, над их головами вился густой сигаретный дым, поднимающийся к ветвям одинокой акации, и окутывал пышные гроздья цветов.
Вокруг, по дороге и тротуару, неспешно курсировали спортбайки, их водители, одетые в черную кожу, с темными зеркальными шлемами на головах, напоминали опасных хищников, высматривающих в веселой гурьбе легкую добычу. Рокот моторов заглушал музыку, доносящуюся из постоянно открывающихся дверей.
Я пошел вперед, увлекая за собой Хэл и уверенно разрезая плотную толпу.
Перед двумя белыми быстро расступались. Удивленно смотрели вслед, обменивались комментариями, кое-кто подталкивал соседа локтем, чтобы обратить внимание на необычных посетителей клуба.
– Как странно, правда? – услышал я сквозь шум голос Хэл и обернулся. Лицо девушки было отрешенным, синий свет, хлынувший из клуба, окрасил его в нереальные, холодные тона, остановившийся взгляд не отрывался от раскачивающихся створок.
