Теперь даже разводиться ей не надо, станет вдовой, получит наследство – я уже позаботился о том, что, в случае моей смерти, все мои сбережения, включая дом, отошли ей. И мои награды за службу, кстати, тоже.
Забавно – инквизиторские награды достанутся верховной ведьме и иномирянке…
Да, она иномирянка, которая все-таки не знает очень многого о нашем мире. И она просто девушка, которая нуждается в защите.
Ведь проколоться может каждый – даже такая умница, как она.
Что, если она попадет в лапы инквизиции?
И ладно бы, кого-то типа Хенрика, или, к примеру, Манфреда…
А если это будет извращенец Экли?
Внутри меня полыхнула вспышка острой, яростной тревоги.
Если я сгину в этом проклятом озере, кто ее защитит?
Я не насмотрелся на нее, не насладился ей, не почувствовал главного – того слияния, того единения, которое нужно мне, как воздух.
Даже сейчас нужно больше всего на свете. Даже больше жизни.
Из подземирья не возвращаются – это гиблое, мертвое, нехорошее место, где искажаются все законы магии.
Но даже отсюда я…
Я должен к ней вернуться.
Должен хотя бы попытаться открыть портал в свой мир, как открыл его в этот.
Вот только я чувствую себя перекрученным через мясорубку, мой магический резерв полностью исчерпан… Но главное – здесь нет земли.
Повсюду этот проклятый, мать его, лед, по сути своей, вода.
А на воде порталы не открываются."
"Мне нужен хотя бы камень. А желательно – земля.
Но где ее взять посреди огромного застывшего озера?
И потом, даже если я найду здесь землю, то откуда возьму силы на мощнейшее заклинание?
И тут меня как будто осенило – мой резерв исчерпан, но существует ведь еще подрезерв…
Глубинный, изначальный уровень магии, который питает одаренного магической силой человека.
Все знают, что трогать его нельзя, если не хочешь и вовсе лишиться магии. Резерв – восполняемая величина, но подрезерв – нет.
Им можно воспользоваться лишь раз, и то, неизвестно, какие последствия это будет иметь…
Но если, для того, чтобы выжить и вернуться к жене, мне нужно пожертвовать своей магией, я без колебаний сделаю это.
Вот только лучше бы поторопиться.
Потому что по направлению ко мне уже скользили темные фигуры в черных балахонах. Обмахрившиеся от времени края колыхались на холоде, и, хоть лиц у них не было, я уже отсюда чувствовал их нетерпение и голод.
Было их не меньше полусотни, а вел своих товарищей уже знакомый демон. Они все были похожи – даже не знаю, как я его узнал, скорее всего, просто почувствовал.
