В итоге прогулка прошла в странном настроении: Крис общался с Фло и Трис, игнорируя Зоуи и практически игнорируя меня. Фло и Трис же пытались приобщить сестру ко всем сюрпризам брата. Как это принято в свете, к нам подъезжали здороваться знакомые, представляли своим сопровождающим.
Крис знакомил сестер со своими школьными приятелями:
— Это лорд Форверк, младший сын барона Форверка, — представлял он. — А это мои сестры Флоренс и Патрисия, — девочки скромно улыбались и кивали, когда произносили их имена.
Повисала пауза. Меня в скромном черном платье в принципе можно было принять за гувернантку, и предположить, что поэтому меня не представили, но Зоуи не выглядела, как простая компаньонка.
— А это наша сводная сестра леди Зоуи Крантерлот, дочь маркиза Кратерлота, — пытаясь сгладить неловкость, встревала на правах старшей Флоренс. — И матушка, маркиза Кратерлот.
— Да, моя мачеха, — добавлял мрачно Крис, и я замечала, как прежде приветливо глядящие на меня молодые люди удивленно поднимали брови или начинали хмуриться.
Кажется, своим приятелям по академии пасынок рассказывал обо мне много «хорошего».
— Очень приятно познакомиться с вами, леди, маркиза, — натянуто улыбаясь, кланялись его друзья.
Потом в кафе он заказал Трис и Фло по креманке мороженого. Крис явно всеми силами демонстрировал, что именно девочки — его семья, ну, а мы... посторонние люди. Чтобы Зоуи не чувствовала себя обделенной, я сделала заказ и ей, с тоской думая, что цены в кафе в Королевком парке такие, что на эти деньги можно было бы питаться несколько дней, но не устраивать же публичные сцены.
Кажется, таким образом Крис пытался улучшить свои отношения с сестрами, вернуть их доверие, «отомстив» за все их детские обиды, которые он выучил по их письмам. Да только время прошло. И не учитывал он того факта, что девочки писали ему только о своих обидах, а не о собственных проделках. Все же их было двое, и они были физически сильнее одной Зоуи, чем периодически пользовались.
В итоге Фло и Трис чувствовали свою вину за поведение брата перед Зоуи, что их сближало еще сильнее, а та тянулась ко мне, как встретив такое откровенное пренебрежение от мужчины, наверное, впервые в жизни. Зоуи привыкла, что женщины и девушки ее недолюбливают и списывала это на зависть, небезосновательно. Но вот мужчины во главе с отцом обычно ее любили и ценили, норовили побаловать, и поведение Криса шло вразрез с привычной ей моделью.
