Патрисия была для этого слишком ветрена, ей нравился результат макияжа, она могла вдохновенно рассказывать о том, как это здорово, как помогает правильно подобранная косметика — короче, из нее мог бы выйти хороший продажник, но ее ветренная натура не желала долго сидеть на одном месте, ей хотелось действовать, двигаться, танцевать. Засидевшись, она начинала злиться, становилась раздражительна, ей нужно было постоянно переключаться с одной задачи на другую, ни на чем не задерживаясь.
У Флоренс хорошо получалось с бухгалтерией, поставками и отгрузками, она мягко, но строго общалась с персоналом и поставщиками, проверяла все до последней циферки.
В целом она была хорошим организатором, но художественный вкус, типажи лиц, цветокоррекция — это было ей не интересно. Она готова была слушать и тщательно вела конспект, но применять у нее не выходило, это было не ее."
"Вот у Зоуи были способности, как оказалось, она рисовала неплохие акварели когда-то, но отец перестал оплачивать учителя — это не то, что покажешь потенциальному жениху.
Она понимала про свет и тень, про плавные переходы и необходимость мягкой растушевки, иногда подавала интересные идеи. Но она была скорее практиком — могла, подучившись, классно наложить макияж, но не обучать других. А визажистом в этом времени девушка знатного происхождения быть не мола, потому-то я и решилась открыть курсы, а не работать самой. Для того, чтобы преподавать, Зоуи не хватало авторитета, умения «держать аудиторию», видеть чужие ошибки и уметь грамотно на них указать, чтобы и не унизить, и объяснить.
А ей пока было проще исправить самой, чем объяснить, как, зачем и что она делает.
Поэтому оставался только Деймон, он был моей поддержкой и опорой, хоть ему бы удобнее было бы в своей лаборатории. Но, пока масштабы позволяли, а созданная продукция еще не была распродана, он мог заниматься еще и уроками.
Сам курс обучения был коротким, но интенсивным — по моей задумке клиентки должны были продемонстрировать результаты уже на ближайшем балу, так что занимались мы практически целыми днями.
Конечно, еще нужно было «набивать руку» и тренироваться, но я надеялась, что, зная теорию, камеристки дальше смогут продолжать учиться самостоятельно. Или будут проходить наши дополнительные мастер-классы.
Время бежало, будто лишенная тормозов машина, грозя сбить все на своем пути. По утрам я теперь наблюдала, как мои девицы, приплясывая от нетерпения, разбирают почту.
