Я удивленно поднял взгляд на женщину, неужели она настолько испугана, что не понимает? И увидел — понимает, но...
— Пошел прочь! Прочь! — рявкнул Кристофер и бросил в собаку камень, поднятый с гравийной дорожки.
Пес шарахнулся в сторону, но затем вновь напрыгнул на Зоуи, она вскрикнула испуганно, подоспел мой кучер с плеткой, я все же вырвал руку из цепких пальцев Матильды, и вместе мы смогли отогнать пса, тот выскочил из двора и побежал прочь по улице, мечась между скачущими по дороге путниками.
— Как ты? Он тебя укусил? — Матильда направилась к пострадавшей дочери, но та, хоть едва сдерживала слезы, покачала головой.
— Пес схватил мой плащ, — пробормотала она.
Я услышал судорожный вздох Матильды, будто она того и ожидала. Неужели подстроила? Как? Женщина подошла ближе, наклонилась...
— Все в порядке, платье не пострадало, а плащ мы потом купим, — бледно улыбнулась Матильда и обняла дочь. — Все хорошо, идем скорее в карету.
Мне почему-то показалось, что она сама не хотела, чтобы все обошлось, но я отогнал эти мысли, и мы, наконец, отправились в путь.
Из-за происшествия и того, что я велел вознице не торопиться, мы прибыли к королевскому дворцу не в числе первых, но благодаря тому, что я сообщил, что мы вместе, нам позволили вне очереди проехать ко входу и не ждать. Слуги с зонтами встречали господ у карет и провожали во дворец, потому что дождь усилился, дамам и господам предлагали освежиться и поправить платья в комнатах отдыха.
Мой костюм практически не пострадал, я лишь передал плащ дворцовому слуге и поспешил к комнатам для дам, чтобы ожидать своих спутниц.
Кристофер задержался, кажется, он встретил каких-то знакомых.
Наконец, дверь отворилась, и вышла...
— Ванесса, — я с трудом сдержал раздражение, — рад видеть тебя."
"Мои губы говорили приличествующие моменту речи, я склонился к ее руке с поцелуем, но из меня рвались совсем другие слова. На герцогине Викторф было великолепное платье из золотой парчи, расшитое жемчугом и драгоценными камнями, больше подходящее королеве, а не добропорядочной вдове.
А на ее шее красовалось колье с изумрудами — наследное сокровище нашего рода, которое переходило от супруги герцога к супруге. Пока я не был женат, она имела право его носить, но обычно это делали только по самым важным случаям: на свадьбу свою или детей, при личной аудиенции у короля, но не на балах дебютанток, во время которых старшие должны отойти в сторону и не пытаться затмевать юных леди и их кавалеров.
