— это даже не начало беспорядка, который я видел, но это слишком для Арии, чтобы понять. — Мы заставим их заплатить. Наше возмездие заставит их истекать кровью.
Они заставили пройти моих людей через ад. Я покажу им, почему некоторые люди боятся меня, как дьявола.
— Что я могу сделать? — спросила Ария, слегка поглаживая мою грудь.
Наконец я повернулся к ней, понимая, что она пытается утешить меня своими прикосновениями, своей нежностью. В прошлом, я выебал гнев из своей системы, сжег огонь в моих венах большим количеством огня.
Я никогда не рассматривал другой вариант, никогда не хотел его, до Арии.
— Мне нужна ты. — выдавил я.
Черт, я нуждался в ней, но война все еще бушевала в моем теле.
— Хорошо. — в этом слове не было ни малейшего колебания.
Она разделась и стала ждать рядом со мной. Мои глаза прошлись по ее телу, и рев желания заглушил все остальное.
Я сбросил свои боксеры, уже до боли. Я потянулся к Арии и поднял ее на себя, чувствуя ее киску на своей коже. Мысль о том, что Ария объездит меня, была заманчивой, но я уловил намек на предчувствие в ее глазах, то, как напряглось ее тело.
Это был всего лишь второй раз, а первый был для нее болезненным.
Никакого злого траха.
Я схватил Арию и поднял ее на свое лицо. Ее крик шока превратился в крик удовольствия, когда я втянул ее складки в свой рот.
Она качнулась вперед, сжимая руками изголовье кровати, когда мой язык метнулся, чтобы лизнуть каждый дюйм ее киски, прежде чем нырнуть в ее вход.
Я уже много раз ел Арию, но на этот раз не сдержался.
Я пожирал ее, не оставляя ей выбора, кроме как сдаться. Я ел ее так, будто хотел трахнуть, без ограничений, безжалостно и жестко."
"Ария смотрела на меня широко раскрытыми глазами, пока я сосал ее. Она была такой чертовски влажной, и то, как она покачивала бедрами, имитируя то, как я вскоре врезался в нее, сводило меня с ума.
Я зарычал, и мои бедра начали дергаться от гребаной потребности оказаться внутри нее.
Ария сильнее прижала свою киску к моему лицу, когда ее голова откинулась назад, и я трахнул ее языком.
Она застонала громче, чем когда-либо, ее тело начало содрогаться. С криком она сжалась.
— Лука, о Боже! — я впился пальцами в ее ягодицы, прижимая ее киску к своему лицу, а мой язык погружался в нее снова и снова.
Ария выпрямилась на мне и попыталась отодвинуться от моего рта, но я хотел сделать ее еще более влажной, прежде чем снова овладеть ею.
Я крепко держал ее на месте, несмотря на ее хныканье, и не торопился пробовать ее на вкус.
