Он то ли хранил оскорбленное молчание, отказываясь говорить с внучкой по «громкой связи», то ли пытался вернуть дар речи от моей наглости.
– Эннари Истван, ты посмела отправить мне зов?! – наконец громыхнул откуда-то слева, а не сверху, как ожидалось, возмущенный глас деда.
Видимо, все-таки от возмущения он не мог некоторое время говорить, а когда голос вернулся и слова нашлись, то потекли через ночник. Светлячки в нем истерично замигали и, похоже, собрались впасть в летаргический сон.
– Как вы меня слышите? – деловито уточнила я, проверяя, насколько хорошо налажена магическая связь.
– Прекрасно! Спасибо богам, со слухом у меня проблем нет! – взбеленился Парнас.
– Очень хорошо, потому что проблемы есть у меня.
– Со слухом?
– С мужчинами, – подсказала я. – Двумя. Они, случаем, не у вас? Пусть подадут голос.
– То есть ты отправила магический зов, чтобы выяснить, не пытаю ли я твоего ведьмака? – возмутился дед.
– Вообще-то, чтобы выяснить, не пытаете ли вы обоих.
– Какое надругательство над благородной магией! Знаешь ли ты, неразумное дитя, что небесный глас используется только ради великих новостей!
Не хотела дерзить, но дед сам напросился…
– В прошлый раз вы меня будили этим самым гласом, – напомнила я.
В ответ Парнас раскашлялся. Звучало так, словно в тишине по замку прокатился раскат грома.
– Нет у меня твоего ведьмака!
– А жениха? – дотошно выпытывала я.
– И этого тоже нет! Сама с ними занимайся! Знаешь, что мне привез твой темный? Вытяжку из морского огурца! Сказал, что лично сделанную его матушкой.
Какой позор! А знаешь, что заявил Калеб?
– Спасибо, дедушка! – Не дослушав стариковское ворчание, щелчком пальцев я разорвала магическую связь. В голове пронзительно тренькнуло, словно порвалась туго натянутая скрипичная струна.
– Ты что, не дала договорить пресветлому, нахалка?! – захлебнувшись словами, взвыл дед, и теперь его голос, как и положено, полился с самого потолка, подобно божественному гласу.
– Все! Конец разговора! Жду вас на обед в большой столовой!
– Давно мы обедаем в большой столовой? – не утерпела и все-таки съехидничала я. – Пускаете пыль в глаза аристократическому гостю, дедушка? Не хотите, так сказать, упасть лицом в тарелку с тыквенным супом? Дедушка, вы еще здесь? Пресветлый! Ау!
Оказалось, он оборвал связь, не дав ни одного намека, в какую именно дыру могли провалиться два новых лучших друга.
