Иванов стволом автомата поддел араба под челюсть и приподнял голову:
— А ну, подними свое табло! И слушай, что тебе говорят…
Араб был сломлен окончательно. В душе у него была пустота. Пережить расстрел в трезвом рассудке ему не удалось…
Пришел начальник связи и принес радиостанции. Романов покрутил один ""кенвуд"" в руках. Передал радиостанцию Нартову:
— Начинаем!
Олег непроизвольно посмотрел на часы. Через три часа начнет темнеть…
— На, — Олег передал арабу радиостанцию. — Вызывай ""Вайнаха"" и передавай: я ""Хейла-пять"", я жив, со мной Умар, Ибрагим, Леча и Дустум.
Скажи, что у тебя садится аккумулятор, и ты стоишь на горе. Остальные внизу тебя ждут. Ибрагим, Леча и Дустум ранены. Пусть Бислан ждет в условленном месте. Понял?
Араб чуть заметно кивнул. Иванов ухватил его за подбородок:
— Нет, ты понял?
Абусаид кивнул.
— Передавай, — сказал Олег. — Но помни: если что-то скажешь не то, умрешь на месте.
Араб надавил клавишу передачи и хриплым голосом начал вызывать:
— ""Вайнах"", я ""Хейла-пять"".
Он отпустил клавишу. Эфир молчал.
— Продолжай, — сказал Нартов. — Вызывай безостановочно.
— ""Вайнах"", я ""Хейла-пять"".
И снова молчание. Только шорохи в эфире…
— Иди, — сказал Романов Иванову: — Готовь роту к выходу. Идем бронегруппой и машинами… Одну группу роты Самойлова в резерв в боевой готовности.
— Есть!
Глеб вышел из палатки.
— ""Вайнах"", я ""Хейла-пять"".
И снова тишина.
— Может, рация не достает? — спросил Олег.
— Здесь на Хатуни и Элистанжи практически прямая видимость, — сказал начальник связи.
— Должны брать…
— ""Вайнах"", я ""Хейла-пять"".
— А может, просто не хотят отвечать… — предположил Олег.
— Может, — согласился подполковник. — Все может быть.
— ""Вайнах"", я ""Хейла-пять"".
— Вместе с ним пойдем в ложбину на место сбора, — вдруг сказал Романов. — Задача: взять Бислана живым.
— Их там человек пятнадцать, не меньше… — сказал Олег.
— А может, и больше, — усмехнулся Романов. — И что из этого? В ложбину я пойду лично.
Так чего мы там можем бояться?
Олег завидовал смелости Романова, но в данном случае считал ее необоснованной и безрассудной.
— ""Вайнах"", я ""Хейла-пять"". Отвечай!
— А может, все же проще нанести по ложбине удар артиллерией или авиацией? Вон как у нас красиво с зенитчиками получилось! Залюбуешься!
— Не достаем. Да и перебьем там всех, с кем потом говорить будем?
— А зачем с ними говорить?
— Бислан — командир достаточно высокого уровня.
