Полиция во всём разберётся, — протараторил он и нехорошо улыбнулся, показав жёлтые зубы.
Следом он нажал на какую-то кнопку. И буквально через несколько секунд в помещение с улицы вошёл седой усач в форме. Дождь даже не успел обоссать его фуражку с гербом империи. Ведь мужчина сидел в машине с ещё одним полицейским. Я заметил их, когда входил в лавку.
— Что тут происходит, граждане⁈ — рявкнул он прокуренным голосом и обрушил на меня тяжёлый взгляд.
— Вот этот господин принёс мне данный артефакт, — протараторил краснорожий мошенник, покрутив за решёткой вещицу, перешедшую мне по наследству от зверолюда.
— Надо бы разобраться, откуда у такого… э-э-э… человека подобная ценная штука.
Полицейский чуть не облизался, глянув на артефакт. В его выцветших глазах сразу же заскакали рубли, а пальцы рефлекторно дёрнулись, будто он уже тратил деньги, которые они получат с краснорожим, продав мой артефакт.
Я сразу понял, что они работают в паре. Схема была старой как мир. Сейчас полицейский изымет у меня артефакт под каким-нибудь предлогом, а потом ищи его свищи.
Даже если этот хрен усатый — настоящий полицейский, а не ряженый, артефакт всё равно легко может затеряться где-нибудь в их отделении. Возможно, и какой-нибудь капитан в доле, который грустно мне улыбнётся, разведёт руками и скажет, что артефакт — тю-тю, может, его и не было никогда, так что иди-ка ты отсюда, молодой человек.
Понятное дело, что такие аферы проворачивают только с теми, кого считают провинциалами или людьми, неспособными противостоять системе.
Вот если бы я пришёл сюда в роскошном костюме, блестя золотыми перстнями на пальцах, то они бы не решились на подобный поступок. А так смертные хитро переглянулись и начали свой фарс.
— Как ваше имя? — бросил мне набычившийся полицейский, пытаясь своим грозным видом подавить меня. — Судя по вашей внешности, вы не местный, так?
— Александр Громов, кадет, родом из Стражграда, — ответил я, решив сыграть в их игру.
Они опять переглянулись, да ещё и украдкой обменялись радостными улыбочками. Похоже, моё имя им ничего не сказало.
— А что вы делаете в столице? Откуда у вас этот амулет? — продолжил расспрашивать меня полицейский, картинно играя желваками.
— Приехал к отцу. Он воевал в Пустоши, его доставили с тяжёлой раной. А этот амулет — наша семейная реликвия. Я хотел его продать, а вырученные деньги пустить на лечение отца. Без этих средств он наверняка умрёт.
