Стращает небось всеми карами небесными. В комнату вошел Никита и, улыбнувшись, кивнул в сторону веранды.
– Отец, там Карим своего младшего брата по стойке «смирно» строит. А заодно и троих племянников. Он всегда так?
– Карим? – переспросил Поль. – Да, это у него врожденное.
– Интересный он человек. Вроде мусульманин, а абреков ненавидит…"
"– Просто он правильный мусульманин и Коран внимательно изучал. К тому же вырос во Франции. Отец и дед были легионерами. Это, знаешь ли, накладывает свой отпечаток на семью.
Поэтому он и поселился в Кадизе, а не в Джохар-Юрте.
– А русский язык откуда так хорошо знает?
– Его дед служил с русскими. В двадцатых годах их было много в Легионе. Вот старик и заставил внука выучить. Потом, чтобы язык не забыть, Карим часто со мной на русском говорил. Ты уже собрался?
– Да, отец. Осталось личные вещи в машину загрузить.
– Иди, я сейчас приду…
Когда Никита ушел, Поль открыл шкатулку, стоящую на комоде, и достал оттуда небольшой, плотно запакованный сверток.
Подержал его в руке, словно взвешивая, но, немного подумав, убрал обратно. Рядом лежала простая черно-белая фотография, на которой изображена молодая женщина, сидящая на капоте запыленного джипа. Фотограф поймал удачный момент – ее волосы красиво разметал ветер, а взгляд был задумчивым и немного грустным. Будто она заранее знала все, что произойдет через несколько месяцев. Нардин еще раз посмотрел на фотографию и бережно положил на место. Через несколько секунд он взял рюкзак, стоящий у двери, и, не оглядываясь, вышел из комнаты.
5 год по летоисчислению Нового мира.
База Ордена по приему переселенцев и грузов
Мерцающее зеркало надвигалось, переливаясь отблесками ртути, в которых проскакивали синие сполохи искр. Словно расплавленное серебро, льющееся нескончаемым потоком на землю. В горле встал ком; еще немного – и я кожей почувствую этот раскаленный металл… Хочется рвануть ремни и выскочить из кресла! Но нет – вместо нестерпимого жара повеяло студеным воздухом, будто распахнули дверь морозильной камеры.
Холод… жуткий холод пробежал по моему телу. Теперь я точно знаю, что значит русское выражение «кровь стынет в жилах». Еще несколько секунд – и это ледяное зеркало подошло вплотную к моему лицу. Закрываю глаза и словно опускаю лицо в воду. Стихают звуки сирены, заглушенные ударами сердца, которое бьется так, будто хочет вырваться наружу. Мгновение – даже сквозь закрытые веки чувствую, как в лицо ударяет яркий свет.
