– Что еще у тебя с собой?
– Поль, будто сам не знаешь, что у меня может быть… – Он заложил руки за ремень и начал перечислять: – Два рюкзака. Один большой, с пожитками, для устройства лагеря, и один – «трехдневка». Дальше рассказывать?
– Рассказывай, конечно. Тебе дай волю – весь дом в джип загрузишь.
– Ты всегда был сторонником аскетизма, Медведь.
– Я за разумный вес. Тем более в рейде. Рассказывай.
– Ящик сухих пайков, канистра с питьевой водой и небольшая солнечная батарея. Из оружия – РПКМ, «снайперка», которую ты видел, и пистолет.
К пулемету – четыре «банки» по семьдесят пять патронов и два цинка. Триста патронов для винтовки и двести для «беретты». Еще два «Клеймора» и пять гранат. А ты что возьмешь?
– Пулемет пусть Никита возьмет. Любит он с такими железками играться. Стреляет неплохо.
– И моложе…
– Сам подумай – куда тебе, старому, с грузом и пулеметом по горам бегать?
– Что верно, то верно, – покачал головой мужчина, – не двадцать лет…
– И даже не тридцать. Винтовку, думаю, тоже можешь оставить.
«Ремингтон» возьму, так что твоя «память» пусть здесь полежит. В общем, – Поль немного помолчал, – чтобы с патронами не мудрить, возьмем два «калашникова» под 7,62x39 с подствольниками, твой пулемет и «ремингтон». У тебя два цинка и у меня, в арсенале – четыре. Двести патронов к винтовке. В довесок к «Клейморам» – три МОН-50 и цинк гранат для подствольника. Еще бы «горных» гранат в Рио достать, так было бы совсем хорошо. Ну и личное оружие.
– Опять свой «кольт» из шкафа вытащишь? – ухмыльнулся Карим и поднял указательный палец.
– Ах да, забыл! Тоже – «память»… Слушай, оставь дома это «наследие предков»!
– Обойдешься. Я его на две твоих «беретты» не променяю! Значит, с оружием решили?
– Мины – это хорошо, – алжирец огладил бороду. – Уходить громко будем?
– Хотелось бы тихо, но знаешь, как бывает… Тем более – перевал, дьявол его раздери… Пострелять все равно придется.
– Не впервой…
– Что со связью?
– Как ты просил – в машине стационарная и три переносных, с гарнитурами.
– Ладно, – кивнул Поль, – пока твой брат не приехал, пойду собираться. Буди Никиту, хватит ему спать. И соберите альпинистское снаряжение.
– Придется лезть? – поморщился Карим.
– Невысоко. То есть сначала невысоко, а потом неглубоко.
– Хоть это хорошо, – вздохнул алжирец и ушел в дом.
Через несколько часов во дворе стало шумно. Раздавался гортанный говор, было слышно, как Карим что-то объяснял приехавшим людям. Наверное, правила поведения в Шато Нардин.
