Главное, что ты здесь, я хочу отблагодарить… Еще не разлюбил меня, Боренька? Я хочу, чтобы ты взял меня… Иди ко мне. – Елена поманила его, призывно улыбаясь. Борис не шелохнулся. – Ну что же ты, Боренька? – театрально обидевшись, прошептала она. – Я уже непривлекательная, подурнела и размордела, да? Поздно спохватилась, старая мерзкая нимфоманка, так?
– Ты по-прежнему чертовски обольстительна, – не кривя душой, выпалил Борис.
– Тогда почему ты медлишь? – возмутилась Лена. – Бери меня, – она откинула одеяло.
Борис не поверил своим глазам: на ней было платье, роскошное шелковое платье… Открытые плечи с окантовкой, высокий ворот, декольте… И цвет.
Алый цвет. Цвет прошлого и крови. Он испугался. Ни малейшего сомнения – это именно оно, платье «Клеопатра».
– По глазам вижу, ты узнал! – в безумном порыве воскликнула Елена. – Я и надеялась произвести фурор! – она вдруг залилась громким смехом. – «Клеопатра» избавит вас от проблем, – хохотала Елена. – Она сроду была скромна! Она себя недооценила. Принц в обличии садовника исполняет заветное желание своей возлюбленной замухрыжки…
Лена прыгала на кровати и безудержно смеялась, ее хохот все более приобретал оттенок истерики.
– Ну что стоишь, иди же ко мне, дорогой, дорогой мой, – жестоко дразнила она Бориса, смеясь в лицо. – Ты что, евнух?! Когда же ты будешь мужчиной?! Трахни суку! Трахни меня! Мы будем делать это под музыку. Тебе нравится эта музыка? Ну, ты что?! Примерз или у тебя отморозило кое-что другое?! А?!
«Делай то, зачем ты сюда пришел», – скомандовал себе Борис.
Он подошел к кровати, чтобы прервать сумасшедшие пляски, его руки дрожали, но путь назад в эту секунду он посчитал отрезанным.
Борис прыгнул на кровать, резко обхватил ее голову и накрыл ее лицо тряпкой. Хлороформ подействовал мгновенно. Лена потеряла сознание. У Бориса оставалось не так много времени, чтобы довести начатое до конца.
Она лежала спокойная и красивая в шелковом алом платье «Клеопатра». Борис взглянул на нее. В его голове пульсировало прошлое, но сегодня он здесь, чтобы не потерять будущее.
В сторону воспоминания, надо делать дело…
Действие хлороформа продержится час, не больше. Надо успеть, пока Лена не очнется. Борис спешил. Первым делом он повернул ручку громкости проигрывателя на максимум: гарантии того, что спецслужбы не понатыкали здесь подслушивающих устройств, не было. Несмотря на то, что начальник ЦСБ доложил ему накануне, что в резиденции чисто, было не то время, чтобы полагаться на его бойкие доклады.
