Откуда вы могли узнать такие подробности? Неужели он вам сам это рассказал?
– Его сын – мой давний приятель.
– Тогда понятно. Но я не знал таких подробностей.
– Я хотел встретиться с Мильманом, но мне сказали, что он сегодня плохо себя чувствует, и попросили перезвонить завтра. Может, вы окажете мне протекцию и позвоните ему, чтобы он меня принял. Мне нужно переговорить с ним до того момента, когда я поеду в Красную Слободу.
– Давайте ему позвоним, – оживился Борис, доставая мобильный телефон.
Он быстро набрал номер.
– Добрый вечер. Это говорит Борис Измайлов. Да, Раиса Иосифовна, это я. Мне нужно поговорить с Генрихом Соломоновичем. Большое спасибо. Извините, что вас побеспокоил. – Он закрыл телефон рукой и шепотом объяснил: – У них дома Раиса Иосифовна, главный хранитель семейного очага. Без ее согласия никто не может встретиться или переговорить с Генрихом Соломоновичем.
– Здравствуйте, Генрих Соломонович, – сказал Борис, услышав голос врача, – у меня к вам одна необычная просьба.
Сюда приехал один наш общий знакомый, который хочет встретиться с вами. Дело в том, что завтра утром он уезжает из города. И ему обязательно нужно переговорить с вами.
– Если нужно, тогда пусть придет ко мне сегодня через час, – согласился Мильман. – А по какому вопросу?
– Он собирается написать книгу о нашем дяде, – сказал Борис, взглянув на Дронго. Тот, соглашаясь, кивнул.
Измайлов убрал телефон.
– Мильман будет ждать вас через час. Он живет в доме на Торговой, рядом с домом, в котором жил академик Ландау.
Вы знаете этот дом?
– Конечно, знаю, – грустно ответил Дронго, – я ведь вырос в этом городе. Я знал, где жил великий Ростропович, где дом Ландау, ставшего легендой еще при жизни. В этом городе я знал, где живет Муслим Магомаев, в подъезде которого дежурили сотни молодых женщин. Я старше вас, Борис, и еще помню атмосферу интернационального Баку шестидесятых-семидесятых годов. Таких городов в мире очень мало.
– Возможно, вы правы, – вежливо согласился Борис, – но меня больше интересует не наш город, в котором я тоже вырос, а наш алмаз, который исчез неизвестно куда.
И пока мы с братом его не найдем, мы не успокоимся.
– Вы составили список подозреваемых, – напомнил Дронго, – и там было десять имен. Верно?"
"– Нет, восемь. Я вам уже много раз говорил, что я и мой старший брат вне всяких подозрений. Мы не идиоты, чтобы воровать алмаз у самих себя. Это абсолютно исключено.
