По-моему, Семен даже обиделся, когда я ему об этом сказала. И больше никогда не показывал мне этот камень.
– Значит, в своей бакинской квартире он вам его не показал?
– Нет. По-моему, он хранил его там, в своем доме, в Красной Слободе. Но я больше ничего не знаю.
– Если бы вы увидели этот алмаз снова, вы бы его узнали?"
"– Думаю, что да. А он у вас?
– Нет. Он исчез из дома Семена Борисовича…
Она прикусила губу.
– Его украли, – убежденно сказала Валида.
– Кто это мог сделать?
– Конечно, кто-то из его окружения.
Хотя… подождите, – она нахмурилась, мрачно взглянула на своего гостя, – я только сейчас поняла. Вы не просто так пришли ко мне. Вы уверены, что этот алмаз могла украсть только я. Поэтому вы пришли именно ко мне? Считаете меня воровкой. Вам наверняка подсказали. Ведь рядом с умирающим были только его родные и близкие. А из чужих его иногда навещала только я. Все верно. Там решили, что я должна умирать с голоду после смерти Семена Борисовича. А я отправила сына в Лондон уже учиться в магистратуру.
И тогда они решили, что я украла этот несчастный алмаз. Поэтому вы и пришли ко мне? Хотите устроить у меня обыск? Или узнать, как я украла этот камень? Только вы ошиблись. Я ни у кого ничего не крала. И тем более не смогла бы украсть ничего у Семена. Мы были с ним настолько близки, насколько это можно себе представить. Если вы полагаете, что можете обыскать мою квартиру и найти этот алмаз, то приступайте. Можете даже вызвать сюда сотрудников полиции, чтобы и они вместе с вами обыскали мою квартиру.
Вы, наверно, думаете, что, если я позволила покойному купить мне эту квартиру, значит, я уже совсем потеряла совесть. И способна на любую пакость, на любое преступление. Вы так полагаете? Вы так решили и поэтому пришли именно ко мне?
– Вы не даете мне ответить, – спокойно произнес Дронго, – слишком длинный монолог. Успокойтесь, пожалуйста. Если бы я вас подозревал, то не стал бы так настаивать на нашей встрече. И каким образом вы могли украсть этот камень, если не были в их доме в Красной Слободе в момент его смерти.
Вы ведь приехали уже на похороны, в Баку. А насчет вашего сына… Я думаю, было бы не так сложно узнать, что вы решили сдать свою квартиру и уже наверняка получили деньги вперед.
– Верно, – она вздохнула, вытерла набежавшую слезу. – В общем, он был очень неплохим человеком. И жаль, что все так получилось.
– Вы уверенно сказали, что камень могли украсть. Кто его мог украсть, по-вашему?
– Я просто обмолвилась.
