— До свидания…
Едва переступил порог дома, как в меня врезалась радостно верещащая сестрёнка. Ну уж она-то мне точно сестра. Хотя-а-а. М-да. Всё-то у меня ни как у людей. Впрочем, пошло оно всё лесом, я подхватил её и подбросил вверх, отчего она буквально захлебнулась от восторга, ну и у меня сердце зашлось от переполняющей радости.
Вот только счастье это длилось недолго. Стоило только встретиться взглядом с батей, как настроение ухнуло ниже плинтуса. Интересно, где это я успел накосячить? Даже не припомню, когда он ТАК злился в последний раз.
— Пройдёмся, — кивнул он в сторону двери.
Под ложечкой тут же образовался холодный ком, который камнем ухнул в живот, словно наматывая ливер на кулак. Не, это я реально где-то косяка упорол. Вон и тётя Глаша забрала Машу, прижала к себе и прикусила кулачок. Да что творится-то⁉
Не, если бы я ожидал, то успел бы увернуться. Но, во-первых, я был в полном раздрае силясь понять, что вообще происходит. А во-вторых, тупо не ожидал ничего подобного. Так что удар в душу безбожно пропустил.
Ну, а там, закономерно прилетело коленом в лицо. Более или менее в себя пришёл уже лёжа на лужайке на заднем дворе. Да и то, спасибо нанитам с которыми по такой жизни я хрен когда расстанусь!
— Вставай, паразит, — угрюмо произнёс батя.
— И не подумаю, — лёжа на спине тряхнул я головой.
Одно дело спаринг, я только за. Но тут пахнет реальными звездюлями, а драться с батей… Да ну его нахрен! Не готов я с ним биться всерьёз. В смысле, я уверен, что уделаю его, но… Нет! Не стану!
— Вставай или запинаю, — и снова голос буквально сочится злостью.
— И встану, и морду начистить дам, только скажи за что, — поспешно попросил я.
— А сам не понимаешь?
— Батя, вот честно, ни сном, ни духом. Вообще не в понятках.
— Она же твоя сестра, как ты можешь, скотина.
— Ты о чём вообще?
— Глаша сказала, что к нам приходила Настя. Та Настя, что твоя сестра, и Глаша заметила, что ты на неё смотришь… Ох плохо я тебя воспитал Клим, — и он сделал шаг ко мне.
— Батя, погоди, — выкрикнул я, уходя в задний кувырок и поспешно разрывая дистанцию, в готовности дать дёру.
— Стой где стоишь.
— Да не сестра она мне, — выставив перед собой руки в останавливающем жесте, поспешно произнёс я.
— Что сказал?
— Батя, дай мне пять минут, я всё объясню. А?
— Говори."
"Ну, в пять минут я не уложился. И сам рассказ продлился дольше, и вопросов у бати оказалось в избытке. Вот так и сидели с ним рядком, да проговорили ладком не меньше получаса.
