И, помимо тревожности, это вызывало непривычную и незнакомую тягу к нему, словно ее душу подкупало такое отношение, когда тебя во главу всего ставят…
Но это же и вызывало опасения.
Дурдом, короче. Она не могла разобраться во всем, что вызывал в ней этот мужчина, что уж говорить о его мыслях и смыслах? А Николай все еще смотрел ей в затылок. Тут и голодному, елки-палки, не особо кусок в горло полезет. Отложив вилку, взяла стакан с водой… шампанским слишком баловаться не рискнула, у нее и так голова шла кругом от него самого… Именно после признания в этом, кстати, Коля ей воды и налил без возражений, кажется, ему понравилась ее откровенность.
— Ешь, не наелась же еще, — его рука скользнула по ее бедру, будто легко дразня кожу, отводя в сторону полу халата, в который он сам ее укутал недавно. — Тебе наличными эти деньги дать или на счета перевести? — не меняя тона, добавил, когда Леся обернулась.
— На карту, наверное, не стоит всю сумму? — задохнулась.
Честно сказать, думать хоть о чем-то, когда ласки его рук становились все более откровенными, а наглые пальцы подбирались все ближе к чувствительным точкам, было очень сложной задачей.
Он как-то слишком сильно влиял на нее… Хотя это воздействие было двухсторонним, что Леся уже успела заметить, так что…
— На карту… — как задумался, продолжая дразнить ее ласками. — Перевести можно, другой вопрос, что это вызовет интерес соответствующих органов и проверку из банка. Не то, что тебе нужно, верно? — Коля вдруг резко втянул в себя воздух сквозь зубы, когда Леся развернулась и губами по его шее скользнула, чуть укусив за ключицу.
В эту игру двое играть могут!
Он не надевал уже рубашку, так и остался в одних брюках, которые и снять не успел, когда их в прошлый раз накрыло. И она с удовольствием, если честно, жар его кожи впитывала, на ощупь узнавала. А вот рассмотреть не выходило никак, ее как магнитом к нему притягивало впритык.
— А сколько можно так перевести? — лизнув дернувшийся на его шее кадык, уткнулась носом в ямку у основания его плеча.
Он слишком вкусно пах! Это нечестно просто! И его тепло… Лесю к нему буквально манило все!"
"Глухо застонав, Николай сжал ее бедро рукой и откровенно толкнулся возбужденно напряженным пахом вверх, вдавливая Лесю в себя. Нет, ему точно не хватило того, что у них уже было… И ей тоже! Вот что удивительно! Она снова начинала возбуждаться, понимая, что его хочет точно больше ужина.
— Тысяч четырнадцать в валюте. Или гривнами эквивалент.
