— Это все прошло давно и роли для нас не играет! От меня не так-то и легко избавиться, как видишь, — он усмехнулся, на мгновение прижавшись к ее дрожащим губам. Погладил пальцами по щекам. — Я живучий, маленькая моя. И упертый. Видно, должен был дождаться, пока мы встретимся, — прижал Лесю к себе крепко-крепко, уткнувшись лицом в волосы. — Мы до сих пор не получили фактов, кто заказчиком был, потому не буду заявлять, хотя… — он помолчал. — Но это уже не важно, ежик, понимаешь? Ты за него отвечать не должна.
И… Боже! Ты моя и со мной сейчас, вот что главное! И мне плевать, кого ты там отцом называла! Не тебе за это все отвечать. Точка! — он говорил это так яростно и с таким напором, что у нее мурашки по коже пошли.
И взгляд Николая… Он казался реально одержимым… ею. Но и Леся сейчас себя такой же ненормальной чувствовала, как всем существом своим почему-то зациклившейся на нем.
— Ты меня пугаешь, знаешь? — улыбнулась, вопреки тому, что говорила. Сама не могла проанализировать всю какофонию собственных эмоций к нему.
— Ты будто одержимый маньяк… Но и я себя рядом с тобой такой чувствую, — как-то растерянно рассмеялась, уткнувшись в его ладони лицом.
— Прости, моя маленькая. Не хочу пугать, это точно! — улыбнулся и Коля как-то смущенно, опять ее обняв так, чтоб устроить голову Леси на своем плече. — Просто столько всего тебе дать хочу! За каждую минуту, что рядом не был, компенсировать за все эти годы…
— Вот я про это и говорю, — хихикнула она. — Такое же ненормально? — будто сомневалась и спрашивала у него, посмотрела снизу вверх.
— Я не знаю, по-другому не умею, наверное, маленькая, — он подбородком потерся о ее волосы.
— И ты так всегда, со всеми? — испытав вдруг жгучую злость, нахмурилась Олеся на такое заявление.
А Коля рассмеялся, мигом ее эмоции раскусив.
— Никогда, девочка моя! Никогда и ни с кем такого не было и не будет. Ты первая и единственная для меня, пойми уже наконец… И поешь нормально, кстати!
— Как так быть может? — нахмурилась, хоть от сердца и отлегло, уютно прижалась щекой к его груди, слушая грохочущее мужское сердце.
Пальцы вновь шрамы обводят, скользят, как некую карту его кожи изучают… На внутренней стороне левой руки еще нашла… Это потому он толком не раздевается? — Ты же старше…"
"— Мне ты нужна была, вот и ждал, — хохотнул Коля. — И хватит меня отвлекать, ты не доела, Леся! — он поймал ее подбородок пальцами, заставив ему в глаза смотреть.
