«Оу, с каких это пор сотрясение мозга от упавшего на голову кирпича называется нервным перенапряжением?»
— Вы должны понимать, что Евдокия Поликарповна не так давно вообще пребывала в довольно странном состоянии, а тут на нее свалилось столько переживаний!"
"«Пф, Евдокия Поликарповна! Это ж надо имечко какое у женщины! Такие разве что лет двести или триста назад в ходу были. Теперь по крайней мере понятно, что говорят не обо мне. Видимо, у доктора обход и скоро очередь дойдет и до меня.»
— Что же нам делать? — На этот раз этот голос показался мне каким-то знакомым, хотя и был все тем же.
— Необходимо хотя бы на неделю обеспечить Евдокии Поликарповне покой и как можно меньше нервировать! Я, конечно, уже кое-что сделал и излечил последствия, однако, чтобы окончательно поправить дело, нужно строго соблюдать мои рекомендации!
— Ох, спасибо вам, доктор! А когда она очнется? — Этот женский голос казался все более знакомым, но вспомнить, где его слышала, я никак не могла.
— Скоро. Я уже вывел ее из обморока, но погрузил в некую дрему, чтобы она приходила в себя постепенно.
Уж очень глубоким он был.
«Я как-то читала, что если обморок длительный, то могут произойти повреждения тканей мозга. Не повезло бедняжке. Хотя этот доктор и сказал, что все исправил, только гложат меня сомнения, что он в состоянии заглянуть ей под черепушку, чтобы так категорично утверждать о полном излечении. Вот так упадешь в обморок, а очнешься уже с отмершими тканями! Бррр! Только у меня отчего-то появляется закономерный вопрос: Сколько этих самых тканей осталось у меня после встречи с кирпичом? Почему-то этот кирпич помнится мне очень ярко и точно.
Но, как сказал один философ: Мыслю, значит существую! Только это и успокаивает!»
— Да-да, спасибо вам еще раз! Маланья! Проводи доктора. Вы ведь не против? Не хочу оставлять Дусеньку даже на минуту.
— Ну, что вы…
Прощаясь, они говорили что-то еще. Слышались и другие голоса. А у меня в голове нарастал шум, как в метро во время приближения электрички.
«Дусенька… Дуся» — Заметалось в голове, и как эхо в пустой комнате начало отталкиваться от стен.
А потом бамс! Электричка прибыла, двери открылись, и воспоминания о пребывании в этом мире накрыли маленькую меня лавиной. Признаться, я чуть снова не отключилась, но ничего, уже через секунду все воспоминания заняли свои места.
«Ну, здравствуй, Дуся-Дусенька, Евдокия Поликарповна! Что делать-то будем?» — Обратилась я сама к себе, немного ошалев от всего того, что разом вспомнилось.
