— Кого же еще вытаскивать из тюрьмы, как не мутного типа, который что-то скрывает и против которого уйма улик.
Тимофей поморщился:
— Сколько можно повторять, что это не улики, а детский лепет? Я встречался с Загорцевым. Совершенно не тот психотип.
— То есть он, по-твоему, не способен на убийство? — усомнилась Вероника.
— Ты, возможно, удивишься, но на убийство способен каждый, — странно изменившимся голосом проговорил Тимофей. Он смотрел перед собой, будто вдруг придавленный какими-то тяжелыми воспоминаниями. — Абсолютно каждый.
Только все по-разному. — Встряхнулся и продолжил обычным тоном: — Загорцев мог бы, например, напасть на Ильичева в темном переулке и проломить ему голову. Но отравить… — Тимофей побарабанил пальцами по столу. — Как бы смешно ни звучало, но для Загорцева это в первую очередь — личное оскорбление. Кондитер, испекший пирожное, которое убивает, — это как писатель, написавший книгу, которая вызывает вывих нижней челюсти. Преднамеренно такого не сделают.
— А зачем эта муть Агнии? — спросила Вероника.
— А что ты о ней подумала, когда впервые увидела? — вопросом на вопрос отозвался Тимофей. — Каким было первое впечатление?
— Ну какое у меня могло быть впечатление о девушке Вована? — искренне удивилась Вероника. — Они же у него все одинаковые! Веришь — я даже не хочу видеть фото его мамы, боюсь, что и она такая же. А Агния… Ну, может, чуточку стерва, но в целом — вполне обычная. За собой следит — это для нее, пожалуй, главное в жизни. Она из тех, кого испорченный маникюр может выбить из колеи на полдня, зато терапия в виде шопинга примирит с любыми жизненными неурядицами.
На студии Агния работает явно не из любви к искусству, просто старается быть поближе к движухе и деньгам. Кому-кому, а ей смерть Ильичева вообще не выгодна.
— Почему? — Теперь уже Тимофей совершенно отвлекся от бумаг и смотрел на Веронику.
Та пожала плечами:
— А зачем? Был успешный проект, она на нем работала. Теперь проекта нету. Ну да, будет, конечно, что-то взамен, но там — мало ли, как все перетасуется? Вован говорит, в теле- и кинобизнесе вообще ни в чем нельзя быть уверенным.
Сегодня ты кофе приносишь, завтра — ставишь фильм с многомиллионным бюджетом. А послезавтра моешь полы. Никакой прямой выгоды от устранения Ильичева я не вижу.
— Вот именно поэтому я и хочу найти человека, который связан с Ильичевым и Загорцевым одновременно, — гнул свое Тимофей. Помолчал в задумчивости. — Вот что. Нужно найти способ проверить квартиру Загорцева.
